Что такое mts в медицине

Что такое mts в медицине

Вы ищете врача для лечения метастазов в печени или специализированную клинику в Германии, Австрии или Швейцарии? С помощью нашей системы поиска врачей и клиник вы найдете опытных специалистов и центры для диагностики и лечения метастазов в печени.

Специалисты и клиники в Германии, Швейцарии и Австрии

Висцеральная хирургия
Мюнхен

Висцеральная хирургия
Любек

Висцеральная хирургия
Дюссельдорф

Лучевая терапия и радиоонкология
Аарау

Радиационная медицина
Вена

Висцеральная хирургия
Цюрих

Лучевая терапия и радиоонкология
Берн

Радиационная медицина
Хомбург

Информация о лечении в Германии, Швейцарии и Австрии

Лечение метастазов в печени - шансы на выздоровление и продолжительность жизни

Безусловно, наиболее распространенными злокачественными новообразованиями в печени являются метастазы. Это раковые поражения, образующиеся из отдаленных опухолей.

Чаще всего в печень метастазируют следующие опухоли (в порядке убывания):

  • Карцинома легких ( рак легких)
  • Рак кишечника (карцинома толстой и прямой кишки)
  • Рак поджелубочной железы (карцинома поджелудочной железы)
  • Рак груди (карцинома груди)
  • Рак пищевода карцинома пищевода)
  • Рак желудка

Что такое метастазы в печени и как они развиваются?

Метастазы в печени называются злокачественными вторичными опухолями, поскольку они удалены от первичных опухолей. Опухоли, которые происходят непосредственно из клеток печени, являются первичными опухолями печени, например, рак печени (гепатоцеллюлярная карцинома). Рассеяние опухолевых клеток происходит частично через кровоток (гематогенное рассеяние), частично через лимфатическую систему (лимфогенное рассеяние).

Опухоли органов пищеварения, такие как рак толстой кишки, желудка или поджелудочной железы, в основном распространяются гематогенно (через кровоток) через воротную вену в печень, главный орган, отвечающий за обмен веществ. При постановке диагноза метастазы в печени обычно уже множественные. Количество, внешний вид, размер и положение опухолевых образований имеют решающее значение, прежде всего, для планирования дальнейшего лечения.

Лечение метастазов в печени, как правило, осуществляется только путем полного удаления опухоли.

Лечение опухолей печени обычно проводится междисциплинарной командой специалистов. К ним относятся абдоминальные хирурги (висцеральные хирурги), специализирующиеся на хирургии печени, радиологи , онкологи и патологи.

Злокачественные новообразования печени, как правило, подвергают хирургии печени с полным удалением опухолевой ткани. Зачастую, особенно при метастазах, что связано с запущенной стадией болезни, операция уже не вполне возможна. Но существуют различные терапевтические подходы, которые можно использовать для улучшения качества и продолжительности жизни пациента.

Особенно при метастазах прежде чем проводить хирургическое удаление, следует убедиться, что первичная опухоль, например, рак толстой кишки, вылечена и в организме нет других метастазов.

При метастазах в печени, например, при колоректальном раке (рак толстой кишки), у пациентов, у которых нет других проблем со здоровьем, может быть предпринята попытка хирургического удаления даже большого количества метастазов. Поскольку печень обладает очень быстрой способностью к регенерации, такое удаление опухолевых образований может быть выполнено в несколько этапов в случае сильного поражения органа (стадия резекции).

Если метастазы не могут быть полностью удалены в первую очередь из-за их большого количества или размера, можно восстановить резектабельность (полное удаление опухоли) с помощью химиотерапии или частичного удаления. Химиотерапия, которая проводится перед удалением опухоли, чтобы уменьшить новообразование, сделать его более операбельным, называется «неоадъювантной химиотерапией».

Принципы терапии неоперабельных метастазов в печени

Метастазы, которые не удаляются хирургическим путем, обычно подвергают паллиативной химиотерапии (не лечит). Кроме того, существуют методы термоабляции, такие как радиочастотная абляция (РЧА) , при которой локальное повышение тепла уменьшает новообразования.

При так называемой «трансартериальной химиоэмболизации» (TACE) химиотерапевтическое средство вводится непосредственно в опухолевую ткань через катетерную систему в кровеносных сосудах. Это позволяет получить максимальное прямое действие с минимальными побочными эффектами для окружающих тканей и пациента.

Другим методом лечения, которое непосредственно воздействует на печень через катетер является селективная внутренняя лучевая терапия (SIRT). В этом случае радиоактивные частицы специально вводят в опухолевую ткань, чтобы действовать как можно более локально с наименьшим сопутствующим ущербом.

Современным методом уменьшения метастазов в печени является HIFU-терапия (фокусированный ультразвук высокой интенсивности). При таком методе опухолевые клетки нагреваются так сильно, что они «спекаются» и опухоль сжимается. Этот процесс все еще находится в состоянии развития, но многочисленные исследования показали, что терапия HIFU является успешным вариантом лечения с небольшим количеством побочных эффектов.

Согласно современному уровню знаний, особенно многообещающими являются концепции мультимодальной терапии, в которых хирургия печени, химиотерапия и тепловая терапия используются в сочетании.

Ожидаемая продолжительность жизни – выживаемость с метастазами в печени

Без хирургического удаления средний срок жизни при постановке диагноза зависит от первичной опухоли (источника метастазирования) и составляет около 4–8 месяцев. При полном хирургическом удалении метастазов в печени при раке толстой кишки, статистика показывает, что 5-летняя выживаемость достигается у 45 %, т.е. через 5 лет после операции живы 45 % онкологических больных.

Источники :

  • Внутренняя медицина, Герд Герольд и сотрудники, 2014 (Innere Medizin, Gerd Herold und Mitarbeiter, 2014)
  • Хирургия, Зиверт/Штайн, 9-е издание, Springer Verlag (Chirurgie, Siewert/Stein, 9. Auflage, Springer Verlag)

У Марины Касаткиной из города Иваново рак, множественные метастазы, глубокая инвалидность после перенесенных операций и сложное лечение впереди. Два года назад женщина пришла в поликлинику с жалобой на увеличенный лимфатический узел в паху. Полтора года ее направляли из кабинета в кабинет, ставили противоречивые диагнозы и даже уверяли, что она здорова. Онкозаболевание обнаружили совершенно случайно. У пациентки оказалась четвертая стадия рака. И этот случай — далеко не единичный. В России почти половина онкологических заболеваний выявляется на поздних стадиях: по данным Минздрава, в 2016 году доля таких случаев составила 45%. Это примерно 270 тыс. пациентов. Обнаружение рака на третьей-четвертой стадиях чаще всего приводит к инвалидности и резкому сокращению продолжительности жизни человека. Эксперты считают, что переломить ситуацию можно введением активного скрининга.

«Женщина, вы здоровы!»

48-летняя Марина Касаткина нашла у себя сильно набухшие лимфоузлы (величиной с грецкий орех) в июле 2015 года. Она очень испугалась и побежала в поликлинику. Терапевт не стала ее осматривать, а послала по кабинетам. Марина сдала анализы, сделала флюорографию, посетила смотровой кабинет. Везде ей сказали, что она здорова. Вернулась к терапевту.

— Когда врач увидела мои результаты хождения по этим кабинетам, она заключила: «Может быть, у вас царапают мочеточники. Но все-таки сходите к гинекологу», — рассказала «Известиям» Марина Касаткина. — Поскольку я работала, в женскую консультацию выбралась через месяц. Как возмущалась акушер-гинеколог, что с проблемой набухших лимфоузлов в паху прислали к ней: «А что, рядом других органов нет? Женщина, вы здоровы! Идите уже!»

Это было второе лечебное учреждение, которое убедило жительницу Иваново в том, что она не больна. Но проблема не исчезала, и тогда она решила пойти в платную клинику. Там ей сделали кучу анализов, УЗИ.

— Теперь я понимаю, что половину этих анализов мне можно было не сдавать. Но ведь врачам доверяешь, когда к ним обращаешься, — поделилась женщина.

Назначенное в клинике лечение было расписано на два месяца и включало в себя огромное количество антибиотиков и других сильнодействующих лекарств в таблетках, уколах и капельницах. Всё это обошлось пациентке в 30 тыс. рублей. Она полностью выполнила предписания врачей. Однако лимфоузлы от этого не уменьшились. А на заключительном приеме она услышала фразу: «Наверное, для вас это вариант нормы». И получила предложение повторно пройти полное обследование. Денег на это у Марины уже не было.

«А что приходила-то?»

Шло время. Лимфоузлы так и не уменьшились. Следующим летом, воспользовавшись паузой при переходе с одной работы на другую, Марина решила обратиться еще в одну частную клинику. Там у нее заподозрили ВИЧ или гепатит. Женщина в слезах бросилась в ивановский Центр борьбы со СПИДом.

Читайте также:  Иван чай при камнях в почках

Экспресс-анализ показал, что ВИЧ нет. Новое предположение лечащего врача звучало совсем оригинально:

«Возможно, ваши лимфоузлы когда-то воспалились, а потом забыли вернуться в исходное положение».

Женщина получила совет не беспокоиться и прийти через год на профосмотр.

На путь к правильному диагнозу жительница Иваново вышла совершенно случайно. Она решила забрать документы из Центра борьбы со СПИДом. И там нарколог-психотерапевт, отдавая ей бумажки, спросил: «А что приходила-то?» Услышав о симптомах, поинтересовался, направлял ли ее кто-нибудь на пункцию новообразования.

Сотрудница лаборатории во время исследования анализов крови

— И это был первый врач за 13 месяцев, который произнес слово «пункция»! — восклицает Марина.

Дальше события развивались быстро. Женщина записалась к хирургу. Тот осмотрел ее и с ужасом спросил: «Сколько вы с этим ходили?» Срочно выписал направление в онкодиспансер, где Марине сделали пункцию. На следующий же день ей сообщили, что набухшие лимфоузлы — это метастазы плоскоклеточного рака.

В Иваново Марина уже не могла верить никому и поехала в Москву, в институт имени Герцена. Там ее комплексно обследовали на коммерческой основе и поставили диагноз: рак четвертой стадии. Первичный очаг оказался визуальной локализации — его легко могли заметить на любом гинекологическом осмотре.

— Я обследовалась в четырех лечебных учреждениях областного центра! Меня смотрели на кресле пять врачей (включая специалиста смотрового кабинета). И никто из них не обратил внимания на новообразование! А за то время, пока я бродила по кабинетам и слушала, что здорова, у меня наросли метастазы в забрюшинной зоне, — рассказала Марина.

В итоге потребовалась сложная операция, лучевая, химио-, гормональная терапия. После всего этого развился сильнейший лимфостаз, другие осложнения. Сейчас у Марины первая группа инвалидности. Очередное обследование — ПЭТ КТ, на которое пришлось ехать в Санкт-Петербург, потому что в Иваново его не делают, — показало, что множественные метастазы вернулись. То есть женщине снова нужно проходить тяжелое лечение.

«Таких, как я, тысячи»

В Минздраве РФ «Известиям» сообщили, что в 2016 году в стране насчитывалось 3,5 млн онкобольных. При этом показатель смертности сократился на 0,4% по сравнению с предыдущим годом и составил 204,3 случая на 100 тыс. населения.

Однако, несмотря на положительную динамику в целом по стране, четвертая часть онкозаболеваний всё еще диагностируется на последней стадии. И в некоторых регионах ситуация ухудшается. Такие данные приведены в докладе «Состояние онкологической помощи населению России в 2016 году» Московского научно-исследовательского онкологического института им. П.А. Герцена.

Здание Московского научно-исследовательского онкологического института имени П. А. Герцена

В нем, в частности, говорится, что в прошлом году 20,5% злокачественных новообразований были диагностированы при наличии отдаленных метастазов. Реальный показатель запущенности еще выше (26,3%), так как следует учитывать и новообразования визуальных локализаций, диагностированные в третьей стадии. В 36 регионах показатель запущенности превышает уровень 2015 года.

Неудивительно, что истории, подобные ивановской, происходят повсеместно.

Например, жительница Перми Светлана Оралова полтора года жила с температурой и постоянной слабостью и безрезультатно ходила по платным и бесплатным врачам. У нее находили то гайморит, то гастрит, то вегетососудистую дистонию. Даже рекомендовали взять отпуск и отдохнуть в теплой стране. За всё это время только один врач — из поликлиники МВД — заподозрил неладное. Правильный диагноз поставили в больнице во время операции, куда ее доставили с кровотечением. Выявили четвертую стадию неоперабельной опухоли в кишечнике с гнойным свищом и метастазами в печени, матке и придатках.

Москвичка Мария Карташова три с половиной месяца мучилась от сильных болей в животе. Обследовалась платно, чтобы не стоять в очередях в поликлинике. Обошла гастроэнтеролога, гинеколога, проктолога, инфекциониста. Была госпитализирована с подозрением на аппендицит. И отпущена из больницы без правильного диагноза.

Ее пытались лечить от сальмонеллеза и даже от двойной матки. В конце концов девушка попала в больницу с перитонитом — у нее из брюшной полости откачали 3 л гноя. И обнаружили рак кишечника четвертой стадии.

В правозащитных организациях «Движение против рака» и «Лига защитников пациентов» «Известиям» сообщили, что периодически сталкиваются с подобными жалобами. Например, 22-летнего жителя Вышнего Волочка (имя пациента организация не называет по этическим соображениям) полгода лечили в поликлинике от остеохондроза, игнорируя растущее новообразование на спине. Мужчина сам пошел к хирургу. Диагноз — четвертая стадия саркомы Юинга тазовых костей с метастазами в позвоночник. Случай уже неоперабельный, прогноз печальный.

— Мы ежедневно сталкиваемся с тем, что половина пациентов, которые обращаются к нам за специализированной помощью, поступают уже в очень тяжелой форме —– на третьей и четвертой стадиях, — сказал академик РАН, директор Национального медицинского исследовательского центра онкологии им. Н.Н. Блохина Михаил Давыдов. — Таких больных сегодня — почти половина от общего числа заболевших.

То есть в современной системе здравоохранения достаточное количество нерешенных проблем. И связаны они в первую очередь с разбросом в уровне квалификации специалистов первичного звена, низкой онкологической настороженностью, проблемой организации ранней диагностики и своевременного начала лечения.

По словам академика, в поликлинической системе много недостатков, что приводит к затягиванию постановки диагноза (от месяца до нескольких лет). Больше половины регионов не имеют своей онкоморфологической службы, клиники пользуются услугами областных патолого-анатомических бюро, от чего страдает скорость и точность диагностики, а следовательно, запаздывает начало лечения.

На днях министр здравоохранения России Вероника Скворцова рассказала в интервью «Известиям», что «там, где идет активный поиск, например, с участием гинеколога, маммографии, мазков шейки матки, мы работаем так же, как лучшие страны мира. На первой-второй стадиях рак молочной железы выявляется уже почти в 70% случаев, рак тела матки — более чем в 80% случаев. Но есть и проблемы, например выявление опухолей желудочно-кишечного тракта».

Сейчас Минздрав регламентировал сроки получения гистологического подтверждения опухоли — не более 15 рабочих дней и срок госпитализации — 14 дней с момента подтверждения диагноза. Но пока что доступность и состояние онкологической помощи в различных субъектах РФ сильно разнятся.

Корпоративная солидарность

После первого круга терапии, в марте 2017 года, Марина записала видеоролик, в котором рассказала свою историю, и разместила его на YouTube. Она назвала его «Выйти замуж за президента» — горький опыт привел женщину к мысли, что только так можно получить качественную медпомощь. За три дня он собрал 35 тыс. просмотров.

Ролик заметили и чиновники — женщину пригласил на беседу заместитель департамента здравоохранения Ивановской области Сергей Аминодов. Пообещал разобраться и постарался внушить ей мысль, что во всем виноват онкодиспансер, в котором ее впервые увидели уже на четвертой стадии. В результате получили выговоры главврачи объединений, в поликлиники которых она обращалась, и онкодиспансера. По словам Марины Касаткиной, на этом карательные меры закончились.

Хирурги на операции по удалению злокачественной опухоли

Как пояснил «Известиям» председатель исполнительного комитета МОД «Движение против рака» Николай Дронов, врачи не являются должностными лицами, поэтому наказания за свои действия они, как правило, не несут.

— Для доказательства вины врачей требуется проводить экспертизу. Сложность в том, что она тоже проводится врачами, и включается корпоративная солидарность. Бюро судебно-медицинских экспертиз — это организации здравоохранения того региона, где они находятся. И местный департамент сделает всё, чтобы выгородить своих. Поэтому пострадавшие от врачебных действий обычно в суды не обращаются, — сообщил Николай Дронов.

В Ивановском областном онкодиспансере «Известиям» пояснили, что к 2016 году уровень ранней диагностики рака в регионе удалось довести почти до общероссийского — 53,8% (в целом по стране — 55%). Из 46% запущенных случаев большинство — это рак тех органов, которые сложны для диагностики: печени, желудка, кишечника. Но поздняя выявляемость визуальных форм рака, которые достаточно просты в диагностике, должна стремиться к нулю.— У Марины Касаткиной как раз визуальная форма рака. Врач обязан был выполнить пункцию лимфатического узла и отправить пунктат на цитологическое исследование, — сказал «Известиям» главный врач Ивановского областного онкологического диспансера Владимир Козлов.

— Это делается обычным шприцем, процедура предельно простая. Ее может выполнить медик любой квалификации. Первичный очаг тоже виден при обычном гинекологическом осмотре. Почему врачи не заметили этих симптомов — для меня загадка.

По словам руководителя отдела перспективного развития и международных научных связей ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина» Минздрава России, заместителя председателя профильной комиссии по специальности «Онкология» Минздрава России Дмитрия Борисова, «ситуация, с которой столкнулась пациентка из Иваново, сложнопроецируема на зарубежный опыт».— Наши коллеги-онкологи из других стран никогда не понимали, как может оказываться медицинская помощь за неполный тариф финансирования или как могут не выполняться существующие клинические стандарты по обследованию и лечению. Также для них остается большой загадкой наша система маршрутизации пациента с уровня первичного звена к узким специалистам. Говоря о сравнении процессов ранней диагностики рака у нас и за рубежом, нужно в первую очередь оценить систему организации инфраструктуры и финансирования медицинской помощи. Не вдаваясь в большие подробности, можно привести очень простой пример из нашей повседневной жизни: прием врача общей практики в системе ОМС тарифицируется в размере 115 рублей, а в системе ДМС оплачивается по коммерческим тарифам клиники, которые составляют от 2 до 5 тыс. рублей, — объясняет Дмитрий Борисов.

— То же самое можно говорить и при сравнении зарубежной системы финансирования и нашей. При этом контроль качества оказания медицинской помощи оставляет во многом желать лучшего. К сожалению, во главу угла поставлена не жизнь пациента, а выполнение условий по нормативам в системе ОМС, которые по многим параметрам далеки от реальности.

Во время магнитно-резонансной томографии

Читайте также:  Как растет девочка после начала месячных

Онколог уверен, что очень важна и система мотивации населения участвовать в программах ранней диагностики рака.

За рубежом используется достаточно прагматичный подход к этому вопросу — человек имеет финансовую выгоду от того, что он следит за своим здоровьем. Это выражается в системе более низких тарифов на страхование либо в полном финансировании лечения в случае возникновения заболевания, если до этого пациентом выполнялись все рекомендации по профилактическим осмотрам. Партнером государства здесь выступают страховые компании, которые позволяют разделять финансовое бремя лечения болезни между социальными обязательствами государства и населением, защищая пациентов от прямых платежей в момент оказания медицинской услуги.

У нас же население не имеет никакой мотивации на прохождение ранней диагностики и участие в программе диспансеризации, на которую государство ежегодно выделяет огромные средства, — считает Дмитрий Борисов.

Одним из решений, которые могли бы повлиять на подобные ситуации и реально помогать пациентам, может быть развитие системы добровольного страхования, ориентированной на оказание помощи пациентам на территории России (а не за рубежом) и обеспечивающей как экспертную и консультационную поддержку пациента по медицинским и правовым вопросам, так и финансовую защиту в случае, если возникает необходимость оплаты медицинских манипуляций или лекарств.

«Я рассчитывала еще лет на 30»

Ну а Марина Касаткина надеется сейчас только на чудо. Столичные врачи пояснили ей, что метастазы разрастались даже под химией. Началось проникновение в мягкие ткани. Поэтому ей могут предложить только пробовать одно лекарство за другим, пока не найдется действенное.

— Получается, что все полгода мучительного лечения — с рвотой, болями, облысением и подсаживанием всех органов — были напрасными. Что надо идти на второй круг мучений, а потом, может быть, и третий, и четвертый, — делится Марина. — Я не хочу умирать! Я еще не готова уйти в нематериальный мир — у меня все в роду долгожители, абсолютно здоровые люди. И лет на 30 я еще рассчитывала. Я ничего не делала, чтобы губить свое здоровье. Никогда не страдала суицидальными мыслями, любила жизнь во всех ее проявлениях.

Почему я должна умереть из-за чужих ошибок? Я уже приняла факт собственной инвалидности. А теперь мне придется принять еще факт, что это была просто отсрочка.

Руководитель Росздравнадзора Михаил Мурашко сообщил, что по запросу «Известий» территориальный орган ведомства проведет проверку случая, описанного в материале.

После 45 лет в жизни человека устанавливается уникальный баланс опыта и возможностей. Главное в этом возрасте — тщательно следить за здоровьем. Сезон жары, эпидемия, которую мы пока не пережили, делают такой подход особенно важным. Те кто следят за технологиями знают лайфхак, экономящий немало сил и времени, — телемедицина. Вот несколько историй людей, которые воспользовались консультацией врача через интернет с помощью мобильного приложения SmartMed, созданного компанией МТС совместно с сетью клиник «Медси».

Нужна срочная медицинская консультация онлайн? Закажите экстренный разговор с врачом, и он ответит в течение нескольких минут. Или запланируйте консультацию заранее, и мы внесём её в ваш календарь на смартфоне.

Когда нужно оперативно расшифровать анализы

Вера, 45 лет, Ярославль. Полгода мучилась от дискомфорта в животе.

Последние несколько месяцев меня не покидали неприятные ощущения в животе. А потом я вспомнила, что у моего отца был язвенный колит. Начитавшись, что это может передаваться по наследству, я побежала сдавать анализы. я их сдала, но чтобы понять, что они значат, надо снова идти к врачу. А на приём к гастроэнтерологу меня записали только через две недели. Я не могла столько ждать, хотела знать здесь и сейчас, что со мной происходит.

Коллега рассказала, что можно пообщаться со столичным врачом онлайн. Странно, конечно, что врач тебя не видит вживую, но, думаю, ладно: 550 рублей не те деньги, чтобы размышлять в такой ситуации. При поиске подходящего сервиса попался SmartMed. Скачала их приложение на свой телефон. Там всё довольно понятно, так что я быстро нашла нужного врача и записалась на приём. Все свои бумаги отправила в чат врачу, так что она успела прочитать их ещё до нашего разговора.

Доктора насторожило существенное (380 при норме 50) превышение одного фермента, что говорит о наличии острого воспалительного процесса в кишечнике. Я было перепугалась, но врач меня успокоила и посоветовала записаться на колоноскопию. Процедура, конечно, специфическая, но зато точно покажет, есть ли воспаления, полипы и ещё ненужное в кишечнике. Я решилась и сделала её.

Когда пришло время идти на приём к гастроэнтерологу в моём городе, имела уже всю информацию на руках. Врач поразилась моей подготовленности. Кстати, всё обошлось, небольшое воспаление действительно было, но колита у меня не нашли!

Читайте также:  Болезнь беккера что это

Когда нужно второе мнение

Дмитрий, 45 лет, Екатеринбург. Не решался на операцию, предложенную местными врачами.

Я часто играю в футбол. В последний раз глупо столкнулся со своим же, с чего всё и началось. Защемило нерв, да так больно, что даже ходить не мог. Боль в бедре и колене левой ноги, ещё и пальцы начали неметь. Пришлось вызвать скорую. Нейрохирург меня осмотрел, сделали МРТ… Говорят, нужна операция. В смысле, думаю, какая операция?! Не согласился. Получил рекомендации и поехал домой отлёживаться. А боль никуда не делась.

В это же время жена увидела в интернете рекламу про SmartMed и их онлайн-врачей. Она же чуть ли не насильно записала меня там: пусть московский доктор скажет, что за лечение назначили, а может, и посоветует другое.

Ну что сказать? Меня так подробно не расспрашивали даже в нашей поликлинике. И МРТ расшифровали, и лечение, что врач прописал, объяснили. А ещё полезную штуку порекомендовали — пояснично-крестцовый корсет. Носил его целыми днями, только на ночь снимал. И уже через неделю стал чувствовать себе значительно лучше. Ещё пропил таблетки, что врач рекомендовал, мазал И уже через месяц смог спокойно ходить без боли. Местный врач говорит, что операция уже не нужна, а вот в футбол — только через пару-тройку месяцев, увы…

Когда нет возможности пойти к русскоговорящему врачу

Михаил, 46 лет, Москва/Гоа. Регулярно беспокоило вздутие живота во время длительного пребывания за границей.

Уже несколько лет я на зимний период уезжаю в Индию: и работа позволяет, и всё остальное. В этом году там случилось то, чего раньше не было: почти месяц каждый вечер ощущал, как мой живот становился, что называется, воздушным шариком. Не самые приятные ощущения, скажу я вам. Ещё и уснуть иногда этого не мог. И случайно заметил, что если вечером выпью бутылочку-другую местного пива, то и вздутие слабеет. Но что ж мне теперь, каждый день пить? Я уже не в том возрасте…

Однажды от соседей-соотечественников я услышал про SmartMed: никуда идти не надо, а при этом побываешь на приёме у врача. В Индии с этим непросто, особенно там, где я обычно живу. Скачал я, значит, SmartMed в телефон, выбрал врача и описал ей всё как есть. Мне тут же назначили онлайн-консультацию по видеочату, и на следующий день мы пообщались с врачом.

По мнению специалиста, причиной моих проблем могла стать… индийская еда. То ли съел не то, то ли вирус подхватил… И вот ведь какая штука: несмотря на то что я бываю в стране регулярно, в этом году стал захаживать в пару местных кафе, где не бывал раньше. Так или иначе, врач настоятельно рекомендовала сдать анализы, чтобы разобраться, что к чему, дала советы, как лучше питаться, назначила лекарства, чтобы облегчить симптомы. С анализами я, честно говоря, затянул, а вот по поводу лекарств местного производства повторно консультировался с врачом — она помогла выбрать самое подходящее. Таблетки несколько улучшили моё самочувствие, а месячная диета привела меня в норму окончательно.

Когда комфортнее общаться с врачом дома

Вячеслав, 49 лет, Химки. Мешали нормально жить сильные головные боли.

Около года меня мучили частые головные боли, сопровождающиеся шумом в ушах и иногда даже тошнотой. К тому же стал быстрее уставать. «Проснулся и уже устал» — вот это было про меня. Обезболивающие снимали приступы на время, но пить их приходилось всё чаще. Однажды я понял, что дальше так нельзя.

От нескольких знакомых уже слышал про программу SmartMed. Решил и сам, наконец, попробовать. Да и дома мне спокойнее, в общественных местах голова начинала болеть ещё сильнее.

Так как я не знал, к какому врачу мне нужно, решил записаться просто к терапевту, тот уже подскажет, рассудил я. У меня, кстати, были результаты и я выслал файл врачу перед началом нашей беседы. Доктор позвонила мне прямо в приложении и сразу рассказала, что она увидела на МРТ. В итоге рекомендовала хотя бы неделю контролировать артериальное давление в покое утром и вечером, а также — после активности.

Через неделю я вернулся на второй приём с результатами замеров давления. Оказалось, что у меня гипертония. А один из симптомов — интенсивные головные боли. С тех пор регулярно наблюдаюсь у кардиолога в поликлинике по месту жительства, чтобы не допустить чего похуже. Кардиолог посоветовал, что делать, чтобы боли ушли. Сейчас ещё иногда чувствую их, но не такие сильные, как были раньше.

Когда сам себе поставил диагноз в интернете

Лидия, 51 год, Пенза. болей во всём теле подозревала у себя рак.

Это был ад: каждое утро я просыпалась в поту, чувствуя, как бешено колотится моё сердце, как болят суставы и раскалывается голова. К этому присоединились отёки. Начитавшись в интернете всяких страшилок и комментариев «знающих» людей, я сама поставила себе диагноз, решив, что у меня рак. Я была в панике, и в голову лезли самые ужасные мысли.

Раньше я уже пользовалась оперативной помощью врачей SmartMed — однажды разглядела у себя непонятную крапивницу, которая оказалась укусами насекомых. Решила с новыми подозрениями обратиться туда же.

Доктор выслушала меня, начала задавать дополнительные вопросы. После моих ответов она сделала предположение, что дело в климаксе. у меня как раз подходящий. Она объяснила, что, действительно, спектр симптомов климакса настолько широк, что их проявление сразу в нескольких видах часто пугает пациенток и заставляет бегать по врачам. Позднее участковый гинеколог, осмотрев меня, подтвердил диагноз и выписал курс терапии, который я уже успешно прошла. Все симптомы ушли.

Когда очереди в поликлинике слишком большие

Виктор, 52 года, Серпухов. Резко поправился и стал замечать необычные реакции организма.

Последние пару месяцев я чувствовал себя героем плохой шутки: постоянно хотелось пить и… в туалет. А ещё кожа стала необычно сухой, резко поправился — казалось бы, не чего.

Пошёл в интернет почитать, симптомы какого заболевания это могут быть. Там же наткнулся на рекламу SmartMed — можно сказать, поликлинику в интернете: расскажи, что случилось, и получи ответ врача. Врачи настоящие: я даже проверил одного из них — действительно принимает в указанной поликлинике «МЕДСИ». Дай, думаю, попробую, точно не сделают.

Скачал приложение, записался к терапевту. Она позвонила в назначенное время, предложила включить видеочат, чтобы посмотреть на меня и оценить состояние кожи. Расспросила меня обо всём и отправила сдавать анализы для выявления уровня глюкозы в крови. Вернулся с результатами к тому же врачу. Кстати, удобно, что в приложении сохраняются все высланные документы, история звонков и переписки с врачами. Мои результаты оказались неутешительными — сахарный диабет второго типа. Хорошо хоть в начальной стадии. Врач рекомендовала мне наблюдаться у эндокринолога в поликлинике по месту жительства, это нужно делать теперь постоянно. Мне подсказали, как я могу своими силами контролировать уровень сахара. После месяца соблюдения диеты и приёма лекарств чувствую себя значительно лучше. Вес тоже начал снижаться, что не может не радовать.

Ссылка на основную публикацию
Что пропить после антибиотиков для микрофлоры взрослому недорого
В кишечнике около 100 миллионов нейронов — это больше, чем в спинном мозге или периферической нервной системе. Пусть кишечник не...
Что принимать при боли в печени лекарства
Печень – самая большая железа. Принимает участие в пищеварении и нейтрализации вредных веществ. Отвечает за выработку билирубина, холестерина, ферментов и...
Что принимать при гриппе детям
На сегодняшний день лечение такого вирусного заболевания как грипп проводится успешно у детей всех возрастов. Однако быстрое выздоровление зависит от...
Что пьют беременные от изжоги
Средства от изжоги у беременных: диета или лекарства? Изжога — с ней приходится сталкиваться каждой второй беременной. Чаще всего она...
Adblock detector