Холера картинки и фото

Холера картинки и фото

Чума и холера. Эти две болезни кажутся одновременно и чрезвычайно опасными, и очень далекими от нас. В конце концов, современная медицина уже давно научилась справляться с этими мрачными недугами, которые выкашивали миллионы людей.

Если вы в это верите, то уже заблуждаетесь! Ученым удалось остановить эпидемии чумы и холеры только в XX веке. И этого не произошло бы вообще, если бы не один человек. Это бактериолог Владимир Хавкин, уроженец Одессы и лучший ученик Ильи Мечникова.

Кто это такой?

Владимир Аронович Хавкин – российский бактериолог, иммунолог и эпидемиолог конца XIX – начала XX веков. Он разработал первые в мире вакцины от чумы и холеры. Спасибо ему!

За что конкретно благодарить?

Без его вакцин человечество не смогло бы справиться с ужасными средневековыми болезнями (подробнее о них читайте наш гайд), которые выкашивали миллионы людей. Стараниями Владимира Хавкина удалось остановить пятую пандемию холеры, которая прокатилась по Азии, а потом и Европе с 1881 по 1896 годы.

Вакцина против холеры у Хавкина получилась в 1892 году. К тому моменту болезнь убивала тысячи людей по всей Европе. Но поверили бактериологу и стали применять его вакцину только после того, как Хавкин доказал, что она работает. Сделал он это в Индии, где лично привил более 40 тысяч человек. А потом повторил примерно то же с чумой: сделал вакцину и остановил опасную вспышку болезни.

Где все-таки Хавкин работал?

Давайте по порядку. Родился Владимир Хавкин в 1860 году в одесской еврейской семье. Его настоящее имя Маркус-Вольф. Начальное образование получил традиционное – в еврейском хедере, после чего поступил в гимназию в Бердянске.

Хавкин всегда отличался способностями к наукам. В итоге он заинтересовался биологией и поступил в Новороссийский университет, где был лучшим учеником Ильи Мечникова, бактериолога и иммунолога (за свои работы в 1908 году Мечников получил Нобелевскую премию по медицине).

В Российской империи в то время еврею было тяжело делать академическую карьеру. Квоты для евреев накладывали ограничения на поступление и работу в вузах. Кроме того, Хавкина постоянно проверяли на благонадежность: в молодые годы он был народовольцем и был трижды под арестом по подозрению в подрывной деятельности. Власти так и не дали Хавкину поступить в Петербургский университет.

В итоге он перебрался в Швейцарию и начал строить карьеру там. Мечников, который уехал из Российской империи чуть раньше, пригласил Хавкина на работу приват-доцентом в Лозаннский университет. В 1889 года Мечникова удается устроить своего ученика в еще более престижное для бактериолога место – только что открывшийся Институт Пастера в Париже.

Несмотря на то, что сначала Хавкину пришлось работать помощником библиотекаря, он был очень рад. Пастеровский институт в то время был на переднем краю медицины и биохимии. Именно там Хавкин получил вакцину от холеры.

В Европе использовать вакцину боялись (с холерой боролись обычным карантином), но официальный Лондон все-таки решил испробовать ее, только на другом континенте – в Индии. В то время она находилась под британским владычеством.

Хавкин появился там в качестве государственного бактериолога в 1893 году, – и там начинается его триумф. Его вакцина спасает в буквальном смысле миллионы людей. Смертность от холеры упала примерно на 90%, заболеваемость – на 70%.

Правда, сначала Хавкина чуть не убили возмущенные индийцы. Они узнали, что вакцина действует только на здоровых, а больным она не помогает. Когда местные пришли с палками громить лабораторию Хавкина, тот встретил их в дверях, снял рубашку и вколол сыворотку себе. Это произвело на непрошенных гостей большое впечатление. Убивать его они больше не хотели и на всякий случай тоже привились.

Спустя три года, в 1896 году, Хавкину удается справиться и со вспышкой чумы в Бомбее (ныне Мумбаи). Индийский триумф Хавкина широко освещался в британской прессе (здесь можно прочесть, например, одну из таких статей), и это сделало ученого мировой звездой медицины.

Хочу знать больше о холере и чуме! Почему они такие страшные?

Холеру и чуму вызывают бактерии: холерный вибрион Vibrio cholerae в первом случае и чумная палочка Yersinia pestis во втором. Попадая в организм человека, они вырабатывают ядовитые вещества (токсины и антигены), которые влияют на него по-разному, но в любом случае очень, очень плохо.

Холера вызывает болезненную интенсивную диарею, которая за считанные дни приводит к полному истощению и смерти. Холерный вибрион чаще всего распространяется через питье зараженной воды. (Подробнее о холере читайте на сайте ВОЗ).

Чума бывает разных видов. В любом случае поражает центральную нервную систему, вызывает сильный жар и лихорадку, которые без антибиотиков и лечения приводят к смерти. Основная форма – бубонная, которую в Средние века чаще всего переносили блохи и вши. Она вызывает воспаление лимфосистемы, на коже появляются красноватые шишки (бубоны). Легочная форма, – это по сути пневмония от чумной палочки. При этом чума получает возможность передаваться воздушно-капельным путем – через кашель. Есть также септическая форма чумы, то есть с гнойной сыпью. (О чуме на сайте ВОЗ читайте здесь).

Как работают вакцины против чумы и холеры?

Вообще вакцины – это яд. Те самые токсины и антигены, которые вырабатывают болезнетворные бактерии. Если их ослабить и ввести небольшое количество человеку под кожу, организм научится бороться с болезнью и получит иммунитет. Соответственно, болеть он не будет. Плохая новость для уже заболевших: вакцина Хавкина для них не предназначалась.

Для того, чтобы создать вакцины, Хавкин делал две вещи: выращивал колонии болезнетворных бактерий и убивал их.

Особенно эффектно процесс протекал во время разработки второй вакцины Хавкина – от чумы. В чулане его лаборатории стояли широкие колбы с мясным бульоном. Это была еда для чумных палочек. Бактерии плавали на поверхности и набирались сил. Чтобы было, на чем плавать, Хавкин капал на поверхность бульона кокосовое масло или бараний жир. Жирная пленка и была основой для колоний болезнетворных бактерий (В биографии Хавкина можно почитать о процессе подробнее).

Ученый радовался, когда в колбе появлялись «сталактиты»: канатики из бактерий, которые размножались и постепенно спускались на дно колбы (наверное, хотели добраться до самого вкусного).

Колбы нужно было несколько раз встряхнуть, чтобы разрушить наросшие «сталактиты» и вырастить побольше чумных палочек. После этого колбы нагревали до 55-70 градусов и так оставляли на 30-15 минут соответственно.

Фото: лаборатория Хавкина по исследованию чумы в Бомбее (Источник: статья Between Faith and Reason Waldemar Haffkine (1860–1930) in India)

Хавкин хотел быть уверенным, что ни одной живой бактерии после этой процедуры не останется. Тогда вакцина была стабильна, безопасна и готова к применению.

Хавкин разработал вакцину против холеры в 1892 году, а против чумы – в конце 1896 года. Оба раза он сначала вводил ее себе. Но в эффективность метода Хавкина поверили далеко не все и не сразу.

Почему Хавкину не верили?

Такие были времена! Совсем недавно французскому химику и иммунологу Луи Пастеру удалось убедить европейское общественное мнение в том, что инфекционные болезни возникают не из-за «плохого воздуха», а из-за бактерий. В 1885 году его вакцина против бешенства была впервые опробована на человеке – и спасла жизнь 9-летнему мальчику. Это перевернуло представление и о химии, и о медицине того времени.

Институт Пастера был открыт в 1888 году, то есть за год до появления там Хавкина. Здесь ученые впервые начали планомерно изучать инфекции как биохимический процесс и искать вакцины против болезней.

Говоря проще, в то время ни одному из бактериологов не верили на слово. Нужно было разрабатывать вакцины и проверять их на деле. В Индии Владимир Хавкин этим и занимался.

Что произошло с Хавкиным потом?

В 1897 году Хавкин был посвящен в рыцари британской королевой Викторией. Спустя год, когда холера пришла в Российскую империю, Хавкин из Бомбея передал рецепт своей «лимфы» (то есть вакцины) российским ученым, и эту эпидемию тоже удалось остановить.

Индийский период закончился для Хавкина неприятно. В 1902 году вокруг него разгорелся скандал с признаками антисемитизма: несколько пациентов ученого умерли от столбняка и его обвинили в подпольной деятельности. И хотя в 1907 году британский Институт Листера опубликовал доклад, который полностью оправдывал Хавкина, ученого к тому времени уже отстранили от управления индийской лабораторией в Бомбее. (Подробнее об этом инциденте можно прочесть на английском здесь).

До 1914 года Хавкин жил и работал в Калькутте, после чего решил, что пора на покой, и вернулся в Европу. Последние годы жизни ученый активно занимался благотворительностью и политикой, отстаивая права еврейского населения.

В 1927 году Хавкин побывал в молодом СССР, посетил родную Одессу, Москву и Барнаул. Судя по собственным письмам, ему многое понравилось (хотя много чего в новом советском быте Хавкин не понял).

67-летний ученый хотел вновь посетить и Индию, но потом отказался от этой идеи из-за своего физического состояния. В 1930 году Хавкин умер в Лозанне.

А почему некоторые называют Хавкина Махатмой?

Вообще, в Индии Махатмой (в буквальном переводе «Великая душа») называют особенно уважаемых общественных и политических деятелей. Самый простой пример – Махатма Ганди, главный идеолог движения Индии за независимость. На самом деле его звали Мохандас Карамчанд Ганди.

Достоверных данных о том, что Хавкина называли «Великой душой» при жизни, нет. О том, что индийцы говорят «Махатма Хавкин», утверждал один из его биографов, израильский писатель Давид Маркиш.

Так это или нет, но в Мумбаи бактериолога точно уважают. В этом городе находится Институт Хавкина, который продолжает заниматься исследованиями инфекций, в том числе ВИЧ, а также различных ядов. В 1899 году здесь располагалась лаборатория по изучению чумы, которую и возглавлял Владимир Хавкин.

Само здание – бывшая резиденция британского губернатора, где в 1895 году останавливался сам принц Уэльский, будущий король Великобритании Эдуард VII.

Читайте также:  Вамлосет отзывы пациентов

Кстати, сегодня в мумбайском Институте Хавкина есть музей. Там выставляется не только кукольный Хавкин (см. картинку выше) и некоторые его научные работы, но и чучела змей и большие модели бактерий: холерного вибриона и чумной палочки.

Узнать больше

Вас поразила история Владимира Хавкина? Читайте книгу «Махатма. Вольные фантазии из жизни самого неизвестного человека». Купить книгу, почитать все самые интересные детали жизни великого соотечественника можно на специальном сайте.

Если хотите узнать больше о холере и чуме, читайте наш гайд по смертельным болезням Средневековья.

Также рекомендуем наш курс «Какая боль!» Там вы найдете множество дельных советов от врачей, как не умереть молодым:

В первой части Истории мировых эпидемий мы поговорили о чуме и оспе. Сегодня мы будем вспоминать те ужасы, которые нам «подарили» холера — её вспышки наблюдались 7 раз менее чем за 200 лет, и тиф — только во время Первой мировой в России и Польше от него умерли 3,5 миллиона человек.


Иллюстрация 1866 года. Источник

Холера

Холера вызывается подвижными бактериями — холерным вибрионом, Vibrio cholerae. Вибрионы размножаются в планктоне в солёной и пресной воде. Механизм заражения холерой — фекально-оральный. Возбудитель выводится из организма с фекалиями, мочой или рвотой, а проникает в новый организм через рот — с грязной водой или через не немытые руки. К эпидемиям приводит смешение сточных вод с питьевой водой и отсутствие обеззараживания.

Бактерии выделяют экзотоксин, который в организме человека приводит к выходу ионов и воды из кишечника, что приводит к диарее и обезвоживанию. Некоторые разновидности бактерии вызывают холеру, другие — холероподобную дизентерию.

Болезнь приводит к гиповолемическому шоку — это состояние, обусловленное быстрым уменьшением объёма крови из-за потери воды, и к смерти.

Холера известна человечеству ещё со времён «отца медицины» Гиппократа, умершего между 377 и 356 годами до нашей эры. Он описывал болезнь задолго до первой пандемии, начавшейся в 1816 году. Все пандемии распространялись из долины Ганга. Распространению способствовали жара, загрязнение вод и массовое скопление людей у рек.

Возбудитель холеры был выделен Робертом Кохом в 1883 году. Родоначальник микробиологии в период вспышек холеры в Египте и Индии из испражнений больных и кишечного содержимого трупов погибших, а также из воды выращивал микробы на покрытых желатином стеклянных пластинах. Он сумел выделить микробы, имевшие вид изогнутых палочек, похожих на запятую. Вибрионы назвали «Запятой Коха».

Учёные выделяют семь пандемий холеры:

  1. Первая пандемия, 1816—1824 гг.
  2. Вторая пандемия, 1829—1851 гг.
  3. Третья пандемия, 1852—1860 гг.
  4. Четвертая пандемия, 1863—1875 гг.
  5. Пятая пандемия, 1881—1896 гг.
  6. Шестая пандемия, 1899—1923 гг.
  7. Седьмая пандемия, 1961—1975 гг.

Возможной причиной первой эпидемии холеры была аномальная погода, вызвавшая мутацию холерного вибриона. В апреле 1815 года произошло извержение вулкана Тамбора на территории нынешней Индонезии, катастрофа в 7 баллов унесла жизни десяти тысяч жителей острова. Затем погибли до 50&nbsp000 человек от последствия, включая голод.

Одним из последствий извержения стал «год без лета». В марте 1816 года в Европе была зима, в апреле и мае было много дождей и града, в июне и июле в Америке были заморозки. Германию терзали бури, в Швейцарии каждый месяц выпадал снег. Мутация холерного вибриона, возможно, вкупе с голодом из-за холодной погоды, способствовала распространению холеры в 1817 году во всех странах Азии. От Ганга болезнь дошла до Астрахани. В Бангкоке погибли от 30 000 человек.

Остановить пандемию смог тот же фактор, что послужил её началом: аномальный холод 1823-1824 года. Всего первая пандемия продлилась восемь лет, с 1816 по 1824 года.

Спокойствие было недолгим. Всего через пять лет, в 1829 году, на берегах Ганга вспыхнула вторая пандемия. Она продлилась уже 20 лет — до 1851 года. Колониальная торговля, усовершенствованная транспортная инфраструктура, передвижения армий помогали болезни распространяться по миру. Холера дошла до Европы, США и Японии. И, конечно, она пришла в Россию. Пик в нашей стране пришёлся 1830-1831 годы. По России прокатились холерные бунты. Крестьяне, рабочие и солдаты отказывались терпеть карантин и высокие цены на продукты и потому убивали офицеров, купцов и врачей.

В России в период второй эпидемии холеры заболели 466&nbsp457 человек, из которых умерли 197&nbsp069 человек. Распространению способствовало возвращение из Азии русской армии после войн с персами и турками.


Император Николай I своим присутствием усмиряет холерный бунт в Санкт-Петербурге в 1831 году. Литография из французского периодического издания Album Cosmopolite. Датирована 1839 годом. Источник

Третью пандемию относят к периоду с 1852 по 1860 год. На этот раз только в России умерли более миллиона человек.

В 1854 году в Лондоне от холеры умерли 616 человек. С канализацией и водоснабжением в этом городе было много проблем, и эпидемия привела к тому, что над ними начали задумываться. До конца XVI века лондонцы брали воду из колодцев и Темзы, а также за деньги из специальных цистерн. Затем в течение двухсот лет вдоль Темзы установили насосы, которые стали качать воду в несколько районов города. Но в 1815 году в ту же Темзу разрешили вывести канализацию. Люди умывались, пили, готовили пищу на воде, которая затем наполнялась их же отходами жизнедеятельности — в течение целых семи лет. Сточные ямы, которых в то время в Лондоне было около 200 тысяч, не чистились, что привело к «Великому зловонию» 1858 года.

Лондонский врач Джон Сноу в 1854 году установил, что болезнь передаётся через загрязнённую воду. Общество на эту новость не обратило особого внимания. Сноу пришлось доказывать свою точку зрения властям. Сначала он убедил снять ручку водозаборной колонки на Брод-Стрит, где был очаг эпидемии. Затем он составил карту случаев холеры, которая показала связь между местами заболевания и его источниками. Наибольшее число умерших было зафиксировано на окрестности именно этой водозаборной колонки. Было одно исключение: никто не умер в монастыре. Ответ был прост — монахи пили исключительно пиво собственного производства. Через пять лет была принята новая схема канализационной системы.


Объявление в Лондоне, распространяемое в 1854 году, предписывало употреблять только кипячёную воду

Седьмая, последняя на сегодня пандемия холеры, началась в 1961 году. Она была вызвана более стойким в окружающей среде холерным вибрионом, получившим название Эль-Тор — по названию карантинной станции, на которой мутировавший вибрион обнаружил в 1905 году.

К 1970 году холера Эль-Тор охватила 39 стран. К 1975 она наблюдалась в 30 странах мира. На данный момент опасность завоза холеры из некоторых стран не ушла.

Высочайшую скорость распространения инфекции показывает тот факт, что в 1977 году вспышка холеры на Ближнем Востоке всего за месяц распространилась на одиннадцать сопредельных стран, включая Сирию, Иордан, Ливан и Иран.


Обложка журнала начала XX века

В 2016 году холера не так страшна, как сто и двести лет назад. Гораздо большему количеству людей доступна чистая вода, канализация редко выводится в те же водоёмы, из которых люди пьют. Очистные сооружения и водопровод находятся на абсолютно другом уровне, с несколькими степенями очистки.

Хотя в некоторых странах вспышки холеры происходят до сих пор. Один из последних на данный момент случаев эпидемии холеры начался (и продолжается) на Гаити в 2010 году. Всего были заражены более 800 000 человек. В пиковые периоды за день заболевали до 200 человек. В стране живут 9,8 миллиона человек, то есть холера затронула почти 10% населения. Считают, что начало эпидемии положили непальские миротворцы, которые занесли холеру в одну из главных рек страны.

8 ноября 2016 года в стране объявили о массовой вакцинации. В течение нескольких недель планируют вакцинировать 800 000 человек.


Холера на Гаити. Фото: РИА Новости

В октябре 2016 года сообщалось, что в Адене, втором по величине городе Йемена, зафиксировали двести случаев заболевания холерой, при этом девять человек умерли. Болезнь распространилась через питьевую воду. Проблема усугубляется голодом и войной. По последним данным, во всём Йемене холеру подозревают у 4 116 человек.

Под названием «тиф», что в переводе с древнегреческого означает «помрачнение сознания», скрываются сразу несколько инфекционных заболеваний. У них есть один общий знаменатель — они сопровождаются нарушениями психики на фоне лихорадки и интоксикации. Брюшной тиф был выделен в отдельное заболевание в 1829 году, возвратный — в 1843 году. До этого у всех подобных болезней было одно название.

Сыпной тиф

Группа инфекционных заболеваний под общим названием «сыпной тиф» вызывается бактериями риккетсиями — внутриклеточными паразитами, названными по имени Ховарда Тейлора Риккетса (на фото), описавшего в 1909 году возбудителя пятнистой лихорадки Скалистых гор.

В США эта лихорадка распространена и сейчас, ежегодно регистрируется до 650 случаев болезни. О распространении говорит тот факт что в период с 1981 по 1996 годы лихорадка встречалась в каждом штате США, кроме Гавайи, Вермонт, Мэн и Аляска. Даже сегодня, когда медицина находится на гораздо более высоком уровне, смертность составляет 5-8%. До изобретения антибиотиков количество летальных исходов доходило до 30%.

В 1908 году Николай Фёдорович Гамалея доказал, что бактерии, вызывающие сыпной тиф, передаются вшами. Чаще всего — платяными, что подтверждают вспышки в холодное время года, периоды «завшивленности». Гамалея обосновал значение дезинсекции в целях борьбы с тифом.

Читайте также:  Промежность топ анатомия

Бактерии проникают в организм через начёсы или другие повреждения кожи.
После того, как вошь укусила человека, болезнь может не наступить. Но как только человек начинает чесаться, он втирает выделения кишечника вши, в которых содержатся риккетсии. Через 10-14 дней, после инкубационного периода, начинается озноб, лихорадка, головная боль. Через несколько дней появляется розовая сыпь. У больных наблюдается дезориентация, нарушения речи, температура до 40 °C. Смертность во время эпидемии может составить до 50%.

В 1942 году Алексей Васильевич Пшеничнов, советский учёный в области микробиологии и эпидемиологии, внёс огромный вклад методологию профилактики и лечения сыпного тифа и разработал вакцину против него. Сложность в создании вакцины была в том, что риккетсии нельзя культивировать обычными методами — бактериям необходимы живые клетки животного или человека. Советский учёный разработал оригинальный метод заражения кровососущих насекомых. Благодаря быстрому запуску в нескольких институтах производства этой вакцины во время Великой Отечественной войны СССР удалось избежать эпидемии.

Время первой эпидемии тифа определили в 2006 году, когда исследовали останки людей, найденных в братской могиле под Афинским акрополем. «Чума Фукидида» за один год в 430 году до нашей эры болезнь убила более трети населения Афин. Современные молекулярно-генетические методы позволили обнаружить ДНК возбудителя сыпного тифа.

Тиф иногда поражал армии эффективнее, чем живой противник. Вторая крупная эпидемия этой болезни датируется 1505-1530 годами. Итальянский врач Фракастор наблюдал за ней во французских войсках, осаждавших Неаполь. Тогда отмечали высокую смертность и заболеваемость до 50%.

В Отечественной войне 1812 года Наполеон потерял треть войска от сыпного тифа. Армия Кутузова потеряла от этой болезни до 50% солдат. Следующая эпидемия в России была в 1917-1921 годах, на этот раз погибли около трёх миллионов человек.

Сейчас для лечения сыпного тифа используют антибиотики тетрациклиновой группы и левомицетин. Для профилактики заболевания используются две вакцины: Vi-полисахаридная вакцина и вакцина Ту21а, разработанная в 1970-х.

Брюшной тиф

Брюшной тиф характеризуется лихорадкой, интоксикацией, высыпаниями на коже и поражением лимфатической системы нижнего отдела тонкой кишки. Его вызывает бактерия Salmonella typhi. Бактерии передаются алиментарным, или фекально-оральным, способом. За 2000 год брюшным тифом во всём мире переболели 21,6 миллиона человек. Смертность составила 1%. Один из эффективных способов профилактики брюшного тифа — мытьё рук и посуды. А также внимательное отношение к питьевой воде.

У больных наблюдается сыпь — розеолы, брахикардия и гипотония, запор, увеличение объёмов печени и селезёнки и, что характерно для всех видов тифа, заторможенность, бред и галлюцинации. Больных госпитализируют, дают левомицетин и бисептол. В самых тяжёлых случаях используют ампициллин и гентамицин. При этом необходимо обильное питьё, возможно добавление глюкозно-солевых растворов. Все больные принимают стимуляторы выработки лейкоцитов и ангиопротекторы.

Возвратный тиф

После укуса клеща или вши, переносчика бактерии, у человека начинается первый приступ, который характеризуется ознобом, сменяемым жаром и головной болью с тошнотой. У больного поднимается температура, кожа высыхает, пульс учащается. Увеличивается печень и селезёнка, может развиться желтуха. Также отмечают признаки поражения сердца, бронхит и пневмонию.

От двух до шести дней продолжается приступ, который повторяется через 4-8 суток. Если для болезни после укуса вши характерны один-два приступа, то клещевой возвратный тиф вызывает четыре и более приступов, хотя они легче по клиническим проявлениям. Осложнения после болезни — миокардит, поражения глаз, абсцессы селезёнка, инфаркты, пневмония, временные параличи.

Для лечения используют антибиотики — пенициллин, левомицетин, хлортетрациклин, а также мышьяковистые препараты — новарсенол.

Летальный исход при возвратном тифе случается редко, за исключением случае в Центральной Африке. Как и остальные виды тифа, заболевание зависит от социально-экономических факторов — в частности, от питания. Эпидемии среди групп населения, которым недоступна квалифицированная медицинская помощь, могут приводить к смертности до 80%.

Во время Первой мировой в Судане от возвратного тифа погибли 100&nbsp000 человек, это 10% населения страны.


Эдвард Мунк. «У смертного одра (Лихорадка)». 1893 год

Чуму и оспу человечество сумело загнать в пробирку благодаря высокому уровню современной медицины, но даже эти болезни иногда прорываются к людям. А угроза холеры и тифа существует даже в развитых странах, что уж говорить о развивающихся, в которых в любой момент может вспыхнуть очередная эпидемия.

4 ноября 2016 года сообщалось, что эпидемия брюшного тифа угрожает Дагестану. В Махачкале госпитализировали около 500 человек с острой кишечной инфекцией после отравления водой. Два человека попали в реанимацию. Для предотвращения эпидемии Минздрав России планировал передать лекарственные препараты «Альгавак М»,«Вианвак», «Шигеллвак» и «Интести-бактериофаг».

Причиной заражения в Махачкале была водопроводная вода. Директор местного водоканала арестован, ещё двадцать три человека — под следствием. Сейчас того же опасаются жители Ростова.

В 1970 году эпидемия холеры захватила большинство южных городов СССР. Болезнь быстро распространилась на Черноморское побережье Кавказа, Крыма и юга Украины. Были приняты масштабные меры по ликвидации эпидемии в очагах заражения: врачи не справлялись, к работе привлекали даже студентов-медиков, они брали анализы у жителей в пораженных инфекцией городах. Туристические теплоходы не пускали в порты, а отправляли в рейд на несколько дней, а поезда, вывозившие пассажиров из зоны заражения, останавливали в чистом поле — на обсервацию. «Сноб » публикует четыре истории людей, оказавшихся тогда в зоне карантина

«Принято решение отозвать из отпуска всех медицинских работников и привлечь студентов к противоэпидемической работе — проведению подворных обходов с целью выявления больных с острыми кишечными заболеваниями и контактами с ними. Для проведения обходов было привлечено 2500 медработников, 4500 сандружинников и 7000 активистов Красного Креста. Организовано 200 прививочных пунктов, на которых прививалось население холерной вакциной. На середину августа было привито 147 268 человек и декретированные контингенты — более 300 000 человек». Из статьи Попова В. Ф. «Эпидемия холеры в СССР в 1970 г.»

«Почти каникулы»

Николай (имя изменено по просьбе героя), 73 года

Я учился на шестом курсе в Краснодаре на врача-терапевта. В первый день занятий декан объявил нам, что завтра вечером мы отправляемся в Новороссийск из-за вспышки холеры.

Для нас это стало почти каникулами. В начале учебного года приезжаешь и думаешь, что сейчас опять будем учиться, времени ни на что не хватит, и вдруг бах — поехали: у тебя появляется масса свободного времени.

Нас отвезли на Малую землю — так назывался район Новороссийска, который находился на западном берегу реки Цемес. Поселили в пионерский лагерь. В городе никакой паники не было, он жил своей обычной жизнью: люди пили пиво, ели мороженое, ходили в кино. Мы по вечерам ходили на танцы. Единственное — нельзя было купаться, пляжи были закрыты.

Прибывших студентов распределили по бригадам. Сначала я попал в группу для дезобработки. Мне выдали резиновый костюм, сапоги и респиратор. Мы обрабатывали дезраствором из пульверизаторов машины на въезде в Новороссийск. Дорога была перегорожена, метрах в 50 от нас стояла группа милиционеров, затем военные. Бригадиры занимались обработкой машин по 12 часов в день. Водители возмущались, не хотели разгружать машины для обработки. К ним подходили милиционеры и подчеркнуто строго требовали возвращаться туда, откуда они приехали.

Новороссийск быстро закрыли — въезд и выезд из города был запрещен. В городе был первый случай заражения, но его быстро выявили. На дорогах от Новороссийска поставили посты военных. Они ловили жителей окрестных горных поселков, которые пытались убежать из закрытого на карантин города.

Потом мы работали в поликлинике. Эта работа показалась мне нудной и противной. Я брал соскоб из заднего прохода у местных жителей в маленькой комнатке. После работы выходил на улицу и говорил: «Лица, лица, лица! Как же приятно вас видеть».

Потом начались обходы дворов. Работа тоже скучная, но терпимая: бригад было много, мы ходили по улицам, брали анализы у каждого строго по списку, нельзя было пропускать ни одного дома. В Новороссийске было много кавказцев, так что во время обходов некоторые мужья ревновали своих женщин, зубами скрипели. Поэтому с нами ходили милиционеры — они объясняли, что мы берем анализы у каждого местного жителя в связи с эпидемией.

«Интенсивные транспортные связи Астраханской области с другими регионами страны способствовали быстрому распространению инфекции. С 30 июля по 5 августа множественные завозы инфекции из Астрахани наблюдались в Волгограде, Саратове, Ртищево. Инфицирование заболевших было связано с купанием в Волге или при контакте с заболевшими родственниками в Астраханской области в период с 27 по 30 июля… В третьей пятидневке августа зарегистрированы вспышка холеры на буксире “Академик Чебышев” в Саратовской области в Балаково, связанная с инфицированием экипажа членами команд других судов, следовавших из Астрахани, и документированный завозной случай инфекции в Вольске у матроса теплохода “Пионер Татарии”… В Волгограде 1 сентября с танкера “Таймыр”, вышедшего из Астрахани 30 августа, снято 10 инфицированных холерой. Распространение инфекции в бассейне Волги произошло в короткие сроки и по времени совпало с пиком заболеваемости холерой в Астраханской области. Одновременно инфекция из Астраханской области распространилась в порты, расположенные на побережье Каспийского моря… В Астраханской области в 1970 г. самоходный рыболовный флот насчитывал 549 судов, совершавших рейсы в дельту Волги и в порты, расположенные на побережье Каспийского моря. В период с 26 по 31 июля 1970 года из Астрахани в Махачкалу прибыло 18 нефтеналивных, 5 рыболовецких, 7 сухогрузных судов». Отрывок из статьи «Закономерности распространения холеры в бассейне Волги в 1970–1973 гг.». Авторы: Кологоров А. И., Кедрова О. В., Пахомов Д. А., Васенин А. С., Грачева И. В., Раздорский А. С., Сафронов В. А. Российский научно-исследовательский противочумный институт «Микроб».

«Выйти в город нам разрешили только один раз»

Людмила Тарасова, 59 лет

Читайте также:  Когда можно прижигать эрозию шейки матки

Когда мне было десять лет, мама отправила меня с друзьями семьи в круиз на теплоходе Москва — Астрахань — Москва. Мы должны были стоять в Астрахани три дня, но простояли неделю из-за того, что в городе началась эпидемия холеры.

Еще на подходе к городу взрослые стали волноваться: они ходили толпой к капитану, а потом рассказывали, что в Астрахани бушует страшная болезнь, из-за которой люди становятся черными, распухают и умирают. Взрослые просили развернуть теплоход, но у капитана не было разрешения. Как я поняла, в области вспышка холеры была каждый год, но только в селах и маленькая, а тут она началась в самом городе.

Выйти в город нам разрешили только один раз — за продуктами. Я помню, как мы шли по пыльным мостовым. Мужчины в грязных пиджаках и женщины в цветочных платьях торопливо бегали из магазина в магазин. Мы тоже заглянули в одну из лавок и сразу вышли — полки были пустыми, и мы отправились на рынок. Рынок оказался шумным, несмотря на эпидемию. Мы купили копченую рыбу.

Когда мы вернулись к теплоходу, у трапа стояли матросы и капитан. Они проверяли по спискам, в какой каюте живут пассажиры. Потом трап убрали, а теплоход отбуксировали на рейд. К нему только причаливали лодки с провизией. К еде из-за эпидемии пассажиры относились осторожно: нельзя было есть овощи и фрукты, даже мытые. Мы питались только кашами, макаронами и консервами.

Заразиться холерой можно, если пить зараженную воду или заглотить ее во время купания. Поэтому взрослые запретили детям пить холодную воду из-под крана. Мы ели купленную на рынке рыбу, пить хотелось жутко, а вода была только горячая и хлорированная. Ее кипятили и остужали — она становилась горькой.

Стояла жуткая жара +45. Купаться нам не разрешали, а корабль раскалился так, что нельзя было притронуться к перилам. Мы залезали на них босиком: пятки горели от металла, краска трескалась и прилипала к ногам. Сидели в душных каютах, набирали холодную воду и обливались ею прямо там, стоя на полотенцах, потом закутывались в мокрые простыни, которые на теле становились горячими.

Матросы на корабле были очень серьезные, но нам, детям, они с улыбкой говорили, что мы скоро пойдем домой — именно «пойдем», а не поплывем. Они играли с нами в шашки и шахматы.

В последний день стоянки в 11 часов вечера наш корабль зажег все огни и сильно загудел, на палубе грянула музыка. Было так громко, что я зажала уши. Мы тронулись с места и поплыли. Наши пассажиры кричали, что мы возвращаемся домой. С двух ближайших кораблей в воду бросились несколько одетых мужчин, я испугалась и заплакала. Потом я увидела спасательные шлюпки — их подобрали. Взрослые говорили, что они хотели уплыть с нами, потому что боялись заболеть.

Мы быстро вернулись в Москву, потому что на нашем теплоходе не оказалось заболевших. Всем пассажирам сделали анализы.

Когда я повзрослела, отучилась на медсестру — возможно, это путешествие на теплоходе и стала причиной выбора профессии.

«Введенный карантин, однако, оказался неэффективным: железнодорожный вокзал, морской порт и аэродром продолжали функционировать. Сплошной линии оцепления карантинной зоны не существовало. Между тем паника в городе усиливалась, началось повальное бегство приезжих: в аэропорту, на вокзале люди штурмовали самолеты и поезда. У всех на устах было пугающее слово холера, хотя местные власти в речах, по местному радио и в прессе твердили о неких острых кишечных заболеваниях (ОКЗ). Эта грубая ложь, впрочем, никого не могла успокоить». Глава «Желтый флаг над Одессой» из книги документальных очерков Дмитрия Урсу «Одесса в европейском научном и культурном пространстве».

«Мы приехали на станцию в чистом поле»

Екатерина Сташуль-Носова, 67 лет

В 17 лет я впервые поехала одна к родственникам из Карелии в Одессу. Я отдыхала в семье моего дяди. В один из августовских дней он вдруг сказал, что мне срочно нужно возвращаться домой. В городе началась вспышка холеры, но от него я это слово не слышала. Наверное, он просто не хотел меня пугать.

Мы приехали на вокзал, люди суетились у поезда: перешептывались и много плакали, ожидая посадки. Мой дядя волновался из-за того, что я возвращаюсь домой одна. Потом вышел проводник, и все ринулись в поезд. Меня занесло в вагон людским потоком, из-за чего я не успела попрощаться с дядей, а только помахала ему рукой из окна. Я чувствовала, что произошло что-то страшное, и начала плакать.

Я нашла свое место в вагоне и села. Никто из соседей тоже не произносил слово «холера», а взрослые отвлекали детей от беготни и волнения вокруг. Мы поехали, но спустя какое-то время поезд остановился, а затем его отправили на заброшенную железнодорожную ветку. Мы приехали на станцию в чистом поле: до сих пор перед глазами зеленая трава и страшная жара. Повсюду были милиционеры и медработники, от них я узнала, что в городе эпидемия. Меня затрясло, я опять заплакала. Наш поезд превратился в обсервационный пункт. Нам объявили, что пять дней мы будем соблюдать карантинные меры и жить в своих вагонах. Всех пассажиров переписали по фамилиям.

За чистотой следили строго: вагоны дезинфицировали, стоял сильный запах хлорки. Медики брали анализы, измеряли температуру, напоминали, что надо мыть руки. Все пассажиры профилактически пили тетрациклин. Приезжала машина с водой и полевой кухней на прицепе, кормили всех бесплатно. Гулять разрешали только у своего вагона. За нашим здоровьем строго следили медики. Мы могли бы простоять и дольше, но зараженных пассажиров не выявили.

В поезде я подружилась с семьей из Ленинграда — родителями и их сыном Леней. Они поддерживали и успокаивали меня. С Леней мы стали друзьями и после карантина еще долго переписывались: он присылал мне открытки с артистами и марки для моей коллекции. Теперь это знакомство из памяти не вырвать.

«Несмотря на карантинные меры, некоторые люди ухитрились обойти кордон. Например, из Одессы местные жители умудрялись на лодках по лиманам за 25 рублей вывозить желающих бежать из карантинной зоны. Закрыть все тропинки было почти невозможно, поэтому Всесоюзная чрезвычайная противоэпидемическая комиссия обратилась к генеральному штабу с просьбой разработать план, чтобы был действенный контроль за соблюдением карантина». Из статьи «Эпидемия холеры в СССР в 1970 г.» Попова В. Ф. «Научный центр экспертизы средств медицинского применения» Минздравсоцразвития РФ.

«Это выглядело как побег из концлагеря»

Владимир Беспоясный, 70 лет

В конце августа я возвращался домой из строительного отряда. Мне нужно было добраться до села Васильевка, которое находится в 28 километрах от Одессы. Руководители отряда и рабочие-студенты не знали, что в городе начался карантин — никто нас не предупредил, что там эпидемия, я даже не знал, о какой именно болезни идет речь.

Я добрался автостопом до блокпоста в районе села Каменка. С собой у меня был только студенческий билет. Я сказал пограничникам, что возвращаюсь с подработки, но они меня не пустили. Как оказалось, нельзя было пересекать карантинную зону.

Я узнал, что дорога оцеплена, но есть другая, и о ней знают только местные жители. В оцеплении стояли солдатики, метрах в 50 друг от друга. Между ними был натянут провод — если к нему прикоснуться, сигнал поступал на ближайший блокпост. Также дорогу освещали прожекторы.

Местные парни подсказали мне, как можно перебежать через оцепление. Но никто из них не захотел меня сопровождать, и я решил пройти кордон самостоятельно ночью. Выглядело это как побег из концлагеря. Я бежал, а прожектор разворачивался в мою сторону три раза — все эти разы я падал и прятался за свой чемодан.

Я знал, что сигнальный провод уже рядом, поэтому стал продвигаться медленнее, но все же напоролся на него. Меня сразу же заметил и остановил рядовой. Он сказал, что нужно идти к прапорщику и выяснять, что делать со мной дальше. При этом меня никто к прапорщику не сопроводил. Я сразу прикинул, что между часовыми где-то 50 метров, пошел вдоль провода, через 20 метров нащупал его, переступил и побежал. Я знал, что у них есть собаки, и молился, чтобы их не спустили на меня.

Я добрался до села Щербанка, а нужно было добраться до Васильевки — там был мой дом. Помощников не нашлось, и я решил пойти домой пешком. Пришел в четыре часа ночи, мама была в шоке: худой, обросший, с длинными волосами. Она рассказала, что началась эпидемия холеры и что все пьют тетрациклин.

Город был в двойном окружении. Одессу полностью оцепили, было привлечено огромное количество войск. Наружный кордон был огромной длины — это я точно знаю. Кому сильно пекло выехать из Одессы — уезжали на такси, таксисты брали за это большие деньги. Водители знали, в каких местах можно проехать, чтобы не заметили военные. Лазейки находили: внутренний кордон находился на территории предприятия, но не все выходы были закрыты.

По телевизору говорили, что в Одессе от холеры умерло где-то 50–60 человек (по официальным данным, их было всего семь. — Прим. ред.). Тогда же появился анекдот — одесситы такой народ, что не может без анекдотов:

«Умирает мужчина от холеры в больнице и говорит медсестре:

— Сестричка, когда я умру, скажи, что умер от сифилиса.

— Ну так я умру как настоящий мужчина, а так как засранец».

Ссылка на основную публикацию
Хмель для сна помогает
Спокойствие, только спокойствие! Ритм жизни многих из нас сложно назвать размеренным, ведь утром нельзя понежиться в постели, постепенно привыкая к...
Хлоргексидин при гингивите
Мощный антисептик хлоргексидин – от чего он помогает, как разводить раствор, длительность полосканий В век научно-технического прогресса появилось множество эффективных...
Хлоргексидин свечи показания к применению
Владелец регистрационного удостоверения: Лекарственная форма Форма выпуска, упаковка и состав препарата Хлоргексидин Суппозитории вагинальные 1 супп. хлоргексидина биглюконат16 мг 5...
Хобл новые методы лечения
2019. Наночастицы помогут в лечении обструктивной болезни легких Одна из основных проблем с обструктивной болезнью легких (ХОБЛ) - в том,...
Adblock detector