Пункция костного мозга из грудины больно

Пункция костного мозга из грудины больно

Итак, пришла я на прием к завотделения гематологии больницы «Адаса Эйн Карем», профессору Дине Бен Иеуда. Очень приятная женщина средних лет, короткие седеющие волосы, тихий спокойный голос.

После короткого знакомства она объяснила мне, какое обследование надо пройти, чтобы определить диагноз: пункцию костного мозга с забором костной ткани. Обследование недолгое, обычно длится минут 10, проходит под неглубоким наркозом (не местным, а таким «дурманом», тиштуш на иврите). И мы вместе пошли в процедурную, где ждал врач и медсестра.

Как происходит забор костномозговой ткани и костной ткани из повздошной кости? Вот, списала из интернета:

«Для прокола и извлечения костномозговой ткани используется игла-троакар. Троакар имеет толщину 3мм, внутренний диаметр канала — 2 мм и длину 6 см. На дистальном конце иглы-троакара имеется подобие фрезы, с помощью которой при вращении игла врезается в плотную костную ткань. Внутри троакара помещается мандрен с острым концом, держит его хирург за рукоятку. При проколе наружного слоя подвздошной кости мандрен быстро вынимается из канала троакара.

Игла вкалывается в мягкие ткани, а в кость вводится с усилием вращательными движениями. Когда она прочно установлена, внутренний мандрен вынимают наружу, разъединяют его с ручкой троакара, ручку возвращают обратно на иглу и вращают по часовой стрелке, достигая костномозговой полости«.

К троакару подсоединяют шприц и отсасывают костномозговую ткань. Так же через канал троакара можно пропустить небольшие кусачки, которыми можно произвести забор костной ткани.

Это все сухое описание. А на деле это ощущается так: врач с силой ввинчивает «отвертку» (иглу-троакар) в бедро. Когда он отсасывает шприцем костномозговую ткань, внутри возникает сильное тупое «высасывающее внутренности» ощущение. Вынимается троакар безболезненно. Делается это обычно в положении лежа: пациент ложится на живот, и врач, стоя над ним, с комфортом производит забор.

Итак, вошла я в кабинет, там меня встретил врач и медсестра, и говорят они мне: «Ложись на живот».

А я смотрю на них, как на придурков: какой ложись на живот на восьмом месяце?

Тут они сообразили, что фигню спороли, и говорят: «Ладно, ложись на левый бок».

А потом они начали репу чесать: насколько безвреден наркоз для ребенка? И не хочу ли я попробовать для пущей верности и безопасности проделать обследование без анестезии?

Ну а я разве понимаю что-нибудь в этом? Ну и главное, как лучше для ребенка, а уж 10 минут боли я как-нибудь перетерплю.

В общем, без анестезии, благословясь, начали пункцию. Посадили рядом со мной (со стороны лица) еще одну медсестру, которая должна была меня отвлекать разговорами (а при необходимости фиксировать и не давать двигаться).

Но поскольку врачи крайне редко делают пункции костного мозга беременным женщинам, лежащим на боку, и эта поза для них непривычна, то врачам было не просто неудобно производить забор, а ОЧЕНЬ неудобно.

Иными словами, не получалось у них нихрена. Иглу-трокар ввинтили благополучно, отсосали жидкость под мои разговоры с медсестрой о литературе. Что сказать. Ввинчивать трокар здорово больно, когда игла ввинчивается в надкостницу, это очень ощутимо. Когда отсасывают костный мозг, это ОЧЕНЬ ощутимо, кажется, что через очень маленькую дырочку медленно и мучительно с силой высасывают все внутренности, и поскольку эта боль давит глубоко внутри, ее никак не побороть.

После отсоса жидкости приступили к забору костной ткани. Пропустили через трокар кусачки, стали откусывать кусочек — не выходит. Снова пропустили, стали откусывать — никак. Позвали еще одного врача — не идет. Позвали третьего врача, снова пропустили кусачки — нифига. Отчаявшись, срочно вызвали профессора Бен Иеуду лично.

А как это выглядело из коридора? Очень весело. Моему мужу и моему папе, которые ждали за дверью, сказали изначально, что через десять минут я выйду из процедурной на своих двоих и пойду отдыхать в палату.

Прошли десять минут, двадцать, тридцать — а я не выхожу. Более того, не просто я не выхожу, а в процедурную начинают забегать врачи один за другим, бросая на ходу «Ждите терпеливо, вам все скажут». Наконец в процедурную прошла сама Бен Иеуда, оставив моих мужчин в полном остолбенении.

Мне, кстати, тоже не очень докладывали о затруднениях, я только помню, что раз за разом вгрызались — и отпускали, и ждали следующего врача, спешащего на помощь. Что происходит, я не понимала, была как в тумане. Но тот момент, когда зашла Бен Иеуда и наконец со мной поговорила, я хорошо помню.

Она попробовала в пятый раз запустить кусачки, у нее тоже не вышло взять материал — и мы закончили сорокаминутное развлечение. 40 минут (вместо десяти) увенчались записью в моей карточке: «Забор костной ткани не имел успеха».

На своих двоих я не то что не вышла из процедурной — после игрищ с иглой «туда-сюда-обратно, тебе и мне приятно» я на другой бок без крика повернуться не могла. Кое-как погрузили меня в кресло-каталку, и вручили папе с мужем, которые повезли меня в палату.

В палате, на своей койке, задернув занавеску, я никак не могла успокоиться — плакала, плакала, просто заходилась от слез. Отчего? Совершенно тупо: почему-то внутри колом сидела мысль, что эту боль может когда-нибудь пережить мой еще нерожденный ребенок, и вот эта мысль меня парализовывала.

Почему именно такую боль? Почему именно этот ребенок? Логики тут нет и ее не ожидается. Но вот мысль эта накрепко застряла в мозгу в тот день, и ночью, и на следующий день я начинала вдруг трястись от страха, покрываться холодным потом и в ужасе думать, что ведь и мой ребенок может когда-нибудь столкнуться с такой болью. Дурдом.

(Ну, страх в каком-то виде осуществился. Через 12 лет Рухаме, этому самому ребенку, делали операцию на поджелудочной железе. А боль после операции на поджелудочной несравнима ни с какими пункциями-шмункциями).

В палате пытаюсь прийти в себя, все болит, трясет от слез, никак не могу успокоиться.

Дежурный вопрос: было ли страшно? Нет, не было. Я просто не успевала испугаться, погрузиться в страх. Все происходило очень быстро: пришла к Бен Иеуде в кабинет — через 10 минут уже шла на забор костного мозга — через пять минут уже в меня ввинчивали иглу-трокар.

Не было времени ожидания неизвестного, которое страшит. Не было поисков в интернете не знаю чего и чтения отзывов и сомнений других людей. Не было поиска второго мнения и метаний: где еще что выяснить? У кого что спросить? И по дороге новой страшащей информации, которую надо переваривать.

На все это не было времени, и не было времени бояться, о чем-то думать. Все происходило здесь и сейчас, в режиме он-лайн. По сути дела у меня не было времени не только как-то бояться, но и вообще как-то реагировать. Как марионетка: куда понесли — туда и пошла, за какую ниточку дернули — той ногой и двинула.

Вечером должна прийти профессор Дина Бен Иеуда, она сказала, что меня выпишут домой отдыхать. И что я смогу задать ей все вопросы, которые меня беспокоят. Поэтому в послеобеденные часы я лежала и думала над вопросами.

И вдруг в палату входит такой решительный плотный мужчина, представляется гинекологом Львом Бромштейном. И говорит после просмотра карточки и пары слов предисловия: «А давай-ка мы тебя родим сегодня. Нельзя дальше эту беременность сохранять, тебе надо лечиться». И вышел из палаты, оставив меня в шоке: 32 недели. Недоношенный ребенок!

Интересно, что когда речь шла обо мне и моих анализах, я совершенно послушно и не включая мозг, делала то, что мне говорили: шла, ложилась, вставала, кивала, сдавала анализ. Когда же руки врачей протянулись к ребенку, то тут материнский инстинкт дал о себе знать: я сразу же встрепенулась и попыталась ребенка защитить, сделать хотя-бы что-то.

Читайте также:  Можно ли забеременеть при повышенном прогестероне

Что можно сделать в измученном состоянии после травматичной пункции, которая была утром? Я заплакала и стала звонить маме. Смешно, глупо, но вот так, на большее сил не хватило. Не знаю, как маме удалось отпроситься с ее работы на заводе — но через полчаса она уже была у меня в палате, приехала на такси.

Мы попросили связаться с профессором Бен Иеудой, поставили ее в известность об ураганном появлении гинеколога и его решимости организовать досрочные роды здесь и сейчас. Потом шли переговоры на высоком уровне между гинекологией и гематологией, а я боялась. Вот тут и начался страх: если за себя я не боялась совершенно, то за ребенка очень. Это же совсем рано — 32 недели, у нее еще не полностью развитые легкие, она слабенькая!

Ближе к вечеру пришла ко мне в палату профессор Дина Бен Иеуда. «Выторговали мы тебя у гинекологов», — сказала она мне.

Оказалось, что под свою личную ответственность она меня «отвоевала», уговорила их, что в состоянии основной болезни (еще не диагностированной, но подозреваемой) от нескольких недель ожидания родов большой погоды не сделается.

Что каждую неделю я буду являться в больницу на осмотр гинеколога доктора Ружанского, буду делать УЗИ, мониторинг, сдавать анализы крови. За ребенком будут следить.

Я уже не помню, какие вопросы я задавала Бен Иеуде, что их было несколько. Помню только один: меня очень беспокоило: пока там внутри моего бедра умельцы-доктора шуровали своими кусачками, вдруг у них откусилось что-то и там теперь в виде кусочка болтается?

Совершенно без смеха (вопрос-то идиотский) Бен Иеуда сказала, что насчет этого она точно спокойна, от этого вреда не будет, все заживет благополучно. И сказала, что хотела бы с такой же уверенностью уметь ответить и на все мои остальные вопросы, которые возникнут в будущем.

Стали меня выписывать домой (то есть домой к маме, где ждала Лейка с моей бабушкой).

Мне с моими миллионом с лишним тромбоцитами назначили колоть подкожно лекарство «Клексан» для разжижения крови. Тут же пришла в палату медсестра и научила меня ставить себе уколы клексана.

Подкожные уколы совсем несложные, колят их в руку, ногу или живот. Медсестра колола в живот — и я помню, страшно боялась: а вдруг игла попадет прямо в ребенка? Ведь вот же он, буквально на поверхности: то локоть виден как бы «на животе», то голова, то пятка.

Это конечно совершенно глупый страх: подкожная игла очень короткая, и до ребенка достать никак не может. Но я все равно никак не могла решиться уколоть себя в живот, колола в ноги.

Самостоятельно ходить я начала примерно через неделю. В первые дни меня отволакивали в туалет и сгружали буквально на унитаз, самостоятельно не могла ни сесть, ни встать. Потом с унитазом я подружилась, но все равно ходить далеко по квартире не могла.

Выписали меня домой до конца недели (это был вторник), а в воскресенье утром назначили мне прием у профессора Бен Иеуды: прийти получить результаты анализов костного мозга.
Боялась ли? И опять: не помню удушающего страха. Потому что была занята болью при любом движении, попытками ходить, садиться, вставать. Занималась с Лейкой, которой было, напомню, 1 год и 7 месяцев, и она требовала к себе внимания — до этого мы с ней ни разу не расставались на целых два дня!

Так что нет, не боялась, а просто ждала воскресенья.

И еще одна ремарка в сторону: уже не помню кто из врачей, где и когда, сказал гораздо позже, что забор костного мозга без анестезии «чтобы не навредить ребенку» был, возможно, неправильным решением, так как болевой шок у матери мог навредить ребенку еще покруче анестезии.

Исследование костного мозга — наиболее информативный метод диагностики заболеваний, связанных с его поражением. Эта субстанция находится в трубчатых и плоских костях организма. Именно в ней происходит образование стволовых клеток, которые способны к дальнейшей дифференциации в зрелые клетки крови. Чаще всего анализ костного мозга проводят с целью подтвердить или опровергнуть диагноз рака крови.

Показания к процедуре

Для чего делают анализ костного мозга? Только при помощи этого метода можно диагностировать заболевания крови уже на ранних стадиях. Поэтому врачи направляют пациента на исследование при наличии у того следующих состояний:

  • снижение количества эритроцитов и гемоглобина (анемия);
  • увеличение количества лейкоцитов (лейкоцитоз);
  • увеличение количества тромбоцитов (тромбоцитоз);
  • уменьшение уровня тромбоцитов (тромбоцитопения);
  • подозрение на наличие злокачественных заболеваний крови: рака крови (лейкемии), миелодиспластического синдрома, парапротеинемии;
  • подозрение на наличие метастазов в костном мозге при онкологии других органов.

Исследование костного мозга — это инвазивная процедура, связанная с повреждением кожных покровов и требующая высокой квалификации специалиста. Поэтому данный метод применяется только при строгой необходимости. Лишь в том случае, когда остальные методы диагностики оказались неинформативными, или с наибольшей вероятностью пациент болен раком крови, врач отправляет больного сдать анализ костного мозга.

Также данный метод делается для контроля за терапией заболевания. Тогда анализ проводится перед и после курса терапии.

Пункцию делают, чтобы выяснить, пригодна ли ткань костного мозга для трансплантации.

Техника проведения процедуры: первый этап

Суть метода заключается в проколе кости с взятием материала и последующим его исследованием при помощи микроскопа. То есть проводится пункция и анализ костного мозга.

Прокол делается специальной полой иглой посередине грудины на уровне прикрепления третьего ребра. В этом месте кость наиболее податлива.

Игла должна быть сухой и стерильной. С больного снимают всю одежду выше пояса. После место прокола обрабатывают раствором антисептика. Мужчинам сбривают волосы на груди.

Для предотвращения слишком глубокого проникновения иглы на нее надевают предохранитель. Глубина его фиксации подбирается индивидуально в зависимости от толщины подкожного жира пациента, его возраста.

Игла вводится одномоментно, перпендикулярно к туловищу пациента. При правильной технике должно появиться ощущение провала. Чтобы можно было забрать костный мозг для исследования, игла должна крепится абсолютно неподвижно. При метастазах рака в кость, воспалении костной ткани (остеомиелите) этого добиться сложно. Тогда предохранитель нужно сместить выше, а иглу продвинуть несколько глубже.

Далее к игле цепляется шприц и высасывается костный мозг в минимальном объеме (1 мл).

На этом первый этап анализа костного мозга практически окончен. Врачу осталось только вынуть иглу и заклеить место пункции пластырем.

Техника проведения процедуры: второй этап

На следующем этапе проводится собственно исследование костного мозга. Под микроскопом внимательно рассматриваются его клетки. Для этого материал размещают на предметное стекло. Так как костный мозг имеет свойство быстро сворачиваться, поверхность стекла протирают цитратом натрия.

Данный анализ позволяет не только диагностировать рак костного мозга, но и установить его тип. От полученных результатов будет зависеть тактика дальнейшего лечения и прогноз для выздоровления.

Особенности трепанобиопсии

Недостаток пункции костного мозга заключается в том, что материал берется из жидкой его части. Поэтому повышается вероятность его смешивания с кровью. Это может исказить конечные результаты.

Трепанобиопсия — метод анализа твердой части костного мозга. Для ее осуществления используется троакар. Этот инструмент похож на иглу для стернальной пункции, но больших размеров.

В данном случае прокол делается не в грудину, а в верхнюю ость подвздошной кости. Пациент при этом лежит на боку или на животе. Врач перпендикулярно устанавливает иглу и резко вводит ее в кость вращательными движениями. Предварительно проводится местное обезболивание.

После взятия материала одна его часть помещается на предметное стекло, другая — во флакон с формалином.

Недостаток процедуры заключается в ее длительности. Она занимает около 20 минут, и все это время пациент должен лежать абсолютно неподвижно.

Читайте также:  Псиллиум как применять

Некоторое время после процедуры возможны болезненные ощущения в области прокола. Однако они хорошо снимаются противовоспалительными средствами («Нимесулидом», «Парацетамолом»).

Пункции других костей

Рак крови — одно из наиболее распространенных онкологических заболеваний у детей. Как делается пункция и анализ костного мозга детям?

Так как у детей грудина мягче и податливей, чем у взрослых, более вероятно развитие осложнения в виде ее прокола насквозь. Поэтому маленьким пациентам выбираются другие кости для взятия костного мозга. Чаще всего — бедренная.

Прокол делается в участке кости, который расположен ближе к тазу. Пациент ложится на противоположный бок. Врач пунктирует не перпендикулярно, а под углом 60° к бедренной кости.

Также можно делать прокол над коленом. В этом случае пациент также лежит на боку, а под колено кладут валик. Игла вводится на глубину 2 см после предварительного обезболивания.

Виды исследования костного мозга

Как уже было написано выше, после взятия материала из кости, он отправляется в лабораторию для дальнейшего исследования. Есть два способа анализа под микроскопом: цитологический и гистологический.

Результаты цитологического анализа готовы уже на следующий день. Из них врач узнает о типе клеток, которые есть в костном мозге у пациента, их числе, особенностях формы и структуры.

Гистологический анализ делается дольше (до 10 дней), но является более информативным. С его помощью можно не только узнать о строении клеток, но и об их окружении (коллагеновых волокнах, сосудах, межклеточной жидкости).

После пункции врач узнает следующие показатели анализа костного мозга:

  • особенности строения клеток кроветворной ткани;
  • число этих клеток их процентное соотношение;
  • наличие или отсутствие патологии;
  • количество бластных клеток, то есть тех, что должны далее превратиться в зрелые клетки крови.

Последний показатель особенно важен при диагностике острых лейкозов. При этой патологии характерно резкое увеличение их количества.

Действия после процедуры

Анализ костного мозга — это серьезная процедура. Минимум час после нее врач внимательно наблюдает за пациентом. Он проверяет уровень артериального давления, пульса, меряет температуру и следит за общим состоянием.

Пациент может вернуться домой в день проведения процедуры. Но он должен исключить тяжелый физический труд, не садиться за руль, так как это приведет к ухудшению общего самочувствия.

Чтобы предотвратить ухудшение состояния после пункции, пациенту необходимо придерживаться ряда правил:

  • исключить алкоголь и курение на несколько дней после процедуры;
  • отменить купание на трое суток;
  • прием любых лекарственных препаратов нужно согласовать с врачом;
  • лечение народными методами также должно быть согласовано.

Отверстие после пункции не надо обрабатывать спиртом, зеленкой или любыми другими антисептиками.

Возможные осложнения

Сложности при анализе наступают крайне редко, если они выполняются квалифицированным специалистом. Многое зависит от того, как берут костный мозг на анализ, придерживаются ли стерильности, правильна ли техника.

При нарушении асептических условий возможно проникновение инфекции в организм пациента.

Слишком чувствительные пациенты могут потерять сознание. В худшем случае возможно резкое падение артериального давления с развитием шока.

Если врач нарушает технику процедуры, это приводит к перелому грудины или ее сквозному проколу.

В целом, это действительно безопасная и безвредная процедура. Она широко освоена большинством врачей. Поэтому правильная подготовка пациента в большинстве случаев позволяет избавиться от нежелательных явлений.

Рак костного мозга: анализ крови

Какие еще методы диагностики, кроме пункции и трепанобиопсии, применяются с целью постановки диагноза?

Первым делом врач должен провести тщательную беседу с пациентом. Только после детального разбора жалоб, анамнеза заболевания, наследственности назначают дополнительные методы обследования.

Вначале делается общий анализ крови. Он позволяет увидеть количество клеток крови (лейкоцитов, тромбоцитов и эритроцитов), процентное соотношение разных форм лейкоцитов, или лейкоцитарную формулу.

Далее проводится биохимический анализ крови, определение наличия в ней онкомаркеров.

Другие способы диагностики

Помимо диагностики рака костного мозга анализами крови, применяются такие обследования:

  • общий анализ мочи — для определения работоспособности почек;
  • рентгенография органов грудной полости — для поиска метастазов или, наоборот, локализации первичной опухоли;
  • компьютерная томография и магнитно-резонансная томография — более информативный метод поиска метастазов;
  • сцинтиграфия, суть которой заключается в накоплении радиоактивного препарата в клетках опухоли.

Но только анализ костного мозга позволяет поставить окончательный диагноз, а также уточнить тип рака.

Изменения в крови при острых лейкозах

Острый лейкоз — это одна из форм рака костного мозга. При этом заболевании бластные клетки в костном мозге полностью лишаются способности к превращению в зрелые клетки крови. Поэтому наблюдается чрезмерное количество бластов и сниженный уровень кровяных телец.

Показатели анализа крови при раке костного мозга по типу острого лейкоза характеризуются следующими особенностями:

  • Прогрессирующее уменьшение количества эритроцитов и гемоглобина. Эритроциты снижаются до 1 × 10 12 /л при норме 5-5,5 × 10 12 /л. Уровень гемоглобина падает до 30-50 г/л при норме 140-150 г/л.
  • Тромбоциты уменьшаются до 20 × 10 9 /л, в норме они должны быть 200-400 × 10 9 /л.
  • Уровень лейкоцитов может быть разным в зависимости от формы лейкоза. Лейкопенические формы встречаются чаще, при них лейкоциты снижаются до 0,1–0,3 × 10 9 /л (норма — 4-9 × 10 9 /л).
  • Наблюдается до 99 % бластных клеток при норме 1-5 %.

Существуют формы острых лейкозов, при которых бласты не определяются в крови. Тогда говорят об алейкемической форме заболевания. В таких случаях диагностика утруднена. Отличить лейкоз от апластической анемии поможет лишь исследование костного мозга.

Изменения в крови при хронических лейкозах

Результаты анализа крови при хроническом лейкозе зависят от типа заболевания. Выделяют миелолейкоз и лимфолейкоз.

Показатели анализа крови, как и симптомы, при раке костного мозга по типу хронического миелолейкоза зависят от стадии болезни. На начальном этапе, когда больного практически ничего не беспокоит, в крови обнаруживается небольшое увеличение уровня лейкоцитов (20,0–30,0 × 10 9 /л). Но на этой стадии диагноз ставится редко, так как у больного просто нет повода обратиться к врачу.

Чаще всего помощь необходима уже в более запущенных стадиях, при присоединении интоксикационного синдрома. Тогда уровень лейкоцитов доходит до 200,0–300,0 × 10 9 /л. Появляется большое количество молодых форм белых кровяных телец (промиелоцитов, миелоцитов).

В терминальных стадиях, когда состояние больного ухудшается, в анализе крове видно уменьшение уровня тромбоцитов (10–20 × 10 9 /л).

При хроническом лимфолейкозе повышается количество лимфоцитов. Это одна из форм лейкоцитов. Уровень последних тоже незначительно поднимается. Если своевременная терапия не проводится, лейкоцитоз нарастает и достигает таких же цифр, как при мелолейкозе.

Итоги

Общий анализ крови — информативный метод диагностики рака костного мозга или лейкоза. Но только цитологическое и гистологическое исследование костного мозга позволяет установить точный диагноз. Это доступный и высокоинформативный метод.

Несмотря на устрашающую на первый взгляд технику проведения, эта методика абсолютно безболезненна и практически безвредна. Только в экстраординарных случаях возможно развитие осложнений.

Поэтому каждый пациент, которому врач назначил анализ костного мозга, должен пройти данное обследование. Ведь польза от него во много раз превышает возможный вред.

Кому делали пункцию костного мозга ? Больно ли это ? Сказали , что будет делать без наркоза , очень боюсь

Делают без наркоза, местно обезболивают. Стернальная пункция, это когда берут образец из грудины, это не так больно и опасно как люмбальная пункция. Мне делали при подозрении на лимфому. Неприятно да, от новокаина толку мало, но такой прям боли чтобы орать нет, кратковременная боль, когда игла входит в кость, потом уже не больно и не страшно. Главное чтобы врач был опытный, некоторым вообще не больно, как обычный укол. Я ощутила болезненный прокол и давление, даже вскрикнула, может и от страха. потом еще пару дней болело место прокола.

Мне сделано больше 20 таких пункций. Обезболивают уколом, чаще ледокаин, он сильнее. Когда прокладывают в кости, это не сильно больно. Больно и иногда очень и очень сильно, когда вытягивают материал для исследования. Очень сильно зависит от врача. 2 раза брали так, что комар больнее кусает. А раз 10 была адская боль. Еще целый час дышать не могла. Ещё сильно зависит от того, какой иглой берут, и в каком месте, чем ближе к горлу, тем менее болезненно. Не бойтесь, это не самое страшное, поверьте.

Читайте также:  Фосфалюгель при атрофическом гастрите

фууу зачем это надо, лучше уж умереть

фууу зачем это надо, лучше уж умереть

Какую чушь вы несёте, я очень люблю эту жизнь,я ревела сутки,готовясь к этой пункции,я смогла,у меня не было другого выбора,зато я теперь знаю,что у меня не миеломная болезнь

А Вам люмбальную делали?! Мне делали и люмбальную, и стернальную много раз уже, и трепанобиопсию из гребня подвздошной кости. Люмбальная-это просто сказка по сравнению со всем остальным! Именно сама процедура прошла вообще безболезненно. Потом, да, побаливало. На утро, причём, сильнее, чем в день взятия. Но! Стернальная-это жесть! Особенно, да, когда костный мозг забирают. Сегодня утром делали. До сих пор нормально дышать не могу. Но первый раз — самый больной. Потом — страх одалевает. Ну, а трепанобиопсия из гребня подвздошной кости. это вообще пытка, особенно, когда у тебя аллергия на лидокаин, новокаин и не только.

Мне сделано больше 20 таких пункций. Обезболивают уколом, чаще ледокаин, он сильнее. Когда прокладывают в кости, это не сильно больно. Больно и иногда очень и очень сильно, когда вытягивают материал для исследования. Очень сильно зависит от врача. 2 раза брали так, что комар больнее кусает. А раз 10 была адская боль. Еще целый час дышать не могла. Ещё сильно зависит от того, какой иглой берут, и в каком месте, чем ближе к горлу, тем менее болезненно. Не бойтесь, это не самое страшное, поверьте.

[quote=»Гость»]Мне сделано больше 20 таких пункций. Обезболивают уколом, чаще ледокаин, он сильнее. Когда прокладывают в кости, это не сильно больно. Больно и иногда очень и очень сильно, когда вытягивают материал для исследования. Очень сильно зависит от врача. 2 раза брали так, что комар больнее кусает. А раз 10 была адская боль. Еще целый час дышать не могла. Ещё сильно зависит от того, какой иглой берут, и в каком месте, чем ближе к горлу, тем менее болезненно. Не бойтесь, это не самое страшное, поверьте.[/quote. Здравствуйте! Мне сегодня делали стерналку два раза, оба на сухую. Так и не взяли анализ. Бывает ли такое или врач не компетентен?

Делали стернальную пункцию два раза, оба без какой либо анастезии. Больно. Ощущение будто шило или ножницы вонзили и давят. И один раз трепанобиопсию — местно обезболили новокаином.. тоже больно, так как новокаин обезболивает уожный покров и мышечную ткань, а когда игла достигает кость то уже чувствуется.

Делали стернальную пункцию два раза, оба без какой либо анастезии. Больно. Ощущение будто шило или ножницы вонзили и давят. И один раз трепанобиопсию — местно обезболили новокаином.. тоже больно, так как новокаин обезболивает уожный покров и мышечную ткань, а когда игла достигает кость то уже чувствуется.

Не больно ничего неощущала

Дедали без анестезии. Очень неприятно и страшно, когда проеазывают кость. И больно, когда вытянивают материал. Потом долго болит уже после процедуры, пока все заживет

Делала стернальную пункцию и трепан биопсию подвздошной кости в институте гематологии г.Москва.Стернальная больнее и быстрее ,главное перед проколом глубоко вдохнуть и потом глубоко выдохнуть,далее тебе «бурят » вкручивающим движением иглу ,потом присоединяют туда шприц набирают жидкость и всё конец ,плечи только напряжены очень,тряслись у меня ,но нужно успокоиться и дышать равномерно.Процедура пролетела быстро.А вот трепан, конечно , подольше.У меня кость толстая ,добавило дискомфорта.Там у меня от боли и нога тряслась непроизвольно,но терпимо всё и важно разговаривать с врачом ,отвлекаться ,ну и вцепиться в кушетку,а самое главное не орать не пищать ,не отвлекать врача.

Стернальная пункция

Помогите Мише снова быть здоровым! Статья

Делали стернальную пункцию два раза, оба без какой либо анастезии. Больно. Ощущение будто шило или ножницы вонзили и давят. И один раз трепанобиопсию — местно обезболили новокаином.. тоже больно, так как новокаин обезболивает уожный покров и мышечную ткань, а когда игла достигает кость то уже чувствуется.

Согласна полностью с каждым словом!

Сегодня сделали стернальную пункцию. Два дня не вылазила из инета, перелопатила все сайты.ушла из дома, оставив родным пароли от банковской карты и телефона)) я, к слову, трус тот ещё. Боюсь всего. Пришла в процедурную со словами :наверное мне и не нужна она. Я пойду домой. Хорошо что врач настояла, что б я осталась. Легла на стол.У меня очень низкий болевой порог, но я легко перенесла это. Во первых это золотые руки врача. Мне вкололи ледокоин. Вставили эту большую иглу. Я сделала глубокий вдох было чуть не приятно, но не больно вообще!все заняло около 4 минут. Не то что пишут на сайтах, после чего страшно идти. здоровья всем!

Делают без наркоза, местно обезболивают. Стернальная пункция, это когда берут образец из грудины, это не так больно и опасно как люмбальная пункция. Мне делали при подозрении на лимфому. Неприятно да, от новокаина толку мало, но такой прям боли чтобы орать нет, кратковременная боль, когда игла входит в кость, потом уже не больно и не страшно. Главное чтобы врач был опытный, некоторым вообще не больно, как обычный укол. Я ощутила болезненный прокол и давление, даже вскрикнула, может и от страха. потом еще пару дней болело место прокола.

Мне тоже делали,только вот я не пойму исключает ли эта процедура Лимфому? По показателям все хорошо,но мне кажется биопсия только может исключить?

Администрация сайта Woman.ru не дает оценку рекомендациям и отзывам о лечении, препаратах и специалистах, о которых идет речь в этой ветке. Помните, что дискуссия ведется не только врачами, но и обычными читателями, поэтому некоторые советы могут быть не безопасны для вашего здоровья. Перед любым лечением или приемом лекарственных средств рекомендуем обратиться к специалистам!

Сегодня сделали стернальную пункцию. Два дня не вылазила из инета, перелопатила все сайты.ушла из дома, оставив родным пароли от банковской карты и телефона)) я, к слову, трус тот ещё. Боюсь всего. Пришла в процедурную со словами :наверное мне и не нужна она. Я пойду домой. Хорошо что врач настояла, что б я осталась. Легла на стол.У меня очень низкий болевой порог, но я легко перенесла это. Во первых это золотые руки врача. Мне вкололи ледокоин. Вставили эту большую иглу. Я сделала глубокий вдох было чуть не приятно, но не больно вообще!все заняло около 4 минут. Не то что пишут на сайтах, после чего страшно идти. здоровья всем!

Согласна 100%! Делала стернальную пункцию, очень переживала, в интернете, что только не начитаешься, потом идёшь в состоянии глубокого инфаркта, на самом деле всё зависит от врача. Мне попался очень хороший врач, я ему так и сказала «вы волшебник». Сама процедура: приходишь, раздеваешься по пояс, ложишься на кушетку, место прокола смазывают антисептиком, 5 мл. лидокаина вкалывают под разным углом в место, где непосредственно будет укол для пункции и это я вам скажу было самым больным этапом во всей процедуре. Далее врач взял специальную иглу, какую я уже не видела, потому что закрыла крепко- крепко глаза, открыла когда он подсоединил шприц и набирал материал для исследования. Вся процедура минуты 3-5. Больно мне не было! Если вам назначили идите, никого не слушайте, всё будет хорошо, каждый случай индивидуален!

Ссылка на основную публикацию
Пульсометр на руку лучший
Если в вашем окружении появился бегун, то велика вероятность того, что и вы однажды обнаружите себя на старте какого-то забега....
Пузырный занос что это такое причины появления
Беременность и перинатальные исходы у женщин с диагнозом «пузырный занос» в анамнезе Анализируются особенности течения беременности и перинатальные исходы у...
Пузырь на губе у грудничка
3 минуты Автор: Анастасия Егорова 2172 Что это такое Причины появления Отличие молочной мозоли от патологий Что делать Новорожденный малыш...
Пункция костного мозга из грудины больно
Итак, пришла я на прием к завотделения гематологии больницы "Адаса Эйн Карем", профессору Дине Бен Иеуда. Очень приятная женщина средних...
Adblock detector