Шизофреник женщина

Шизофреник женщина

Шизофрения возникает у 0,3–0,7% населения. Согласно опросу ВЦИОМ, 38% россиян считают: людям с шизофренией следует «находиться подальше от других». Журналист, фотограф и автор паблика «Ты здесь не чужой» Арден Аркман сделал проект о тех, кто живет с шизофренией: он снимал героев в важных для них местах и узнавал, каково иметь шизофрению в России.

«Здравствуйте, я Саша, очень опасный зверь»

Саша, 20 лет

Минск — Санкт-Петербург. Блогер. Фотография сделана у Саши дома

В детстве у меня была склонность к патологическому фантазированию, но это особо не мешало жить и не отличало [меня] от других детей. В 11 лет были легкие слуховые галлюцинации — казалось, что меня зовет мама. Самые яркие проявления пошли лет в 15, после возвращения вытесненных воспоминаний о насилии.

В [минской] больнице санитарки били пациентов, особенно совсем маленьких детей из детдома. В отделении вообще было очень много насилия — психологического, физического и сексуального. Сейчас идет расследование по этому поводу, но полиция не совсем на моей стороне. Из‑за диагноза вместо жертв верят насильникам (насильники — врачи), фальсифицируют данные в медицинских карточках и говорят, что это просто «видения».

На словах мне ставили диссоциативное расстройство идентичности, но официально его никуда не занесли, сославшись на то, что в СНГ к этому диагнозу относятся c сомнением. Потом поставили шизофрению. Про диагноз знают все, я веду блог на эту тему и никогда не скрывала его. Зачем? Со стигматизацией психически больных нужно бороться, замалчивание только усугубляет проблему.

Я не принимаю таблетки: мне много раз меняли препараты, ничего не подходит, они делают только хуже и дают сильные побочные эффекты. В России я еще не обращалась за психиатрической помощью, но в Беларуси с этим все очень плохо.

В соцсетях меня то и дело сравнивают с опасным, бешеным зверем, которого надо изолировать, в ПНД врачи видят во мне не личность, а бомбу замедленного действия, и это угнетает. Здравствуйте, я Саша, очень опасный зверь ростом в 157 сантиметров и весом в 43 килограмма , который обожает мопсиков, не может без чужой помощи открыть банку и частенько помогает людям. Приятно познакомиться, я опаснее медведя, потому что у меня шизофрения.

«Тебя не пора вязать?»

Екатерина, 19 лет

Санкт-Петербург. Фотограф. Снимок сделан во дворе психиатрической больницы

С четырех лет у меня были мысли о суициде. Каждое пробуждение, если рядом не было взрослого, вызывало дикий страх и панику, будто меня оставили навсегда. Отец умер, когда мне было три года. С четырех до 14 лет я не верила в это и периодически видела его в толпе. Втихую повреждала себя: отрывала кожу, не давала заживать ранкам, выдирала пряди волос.

В больницу попала в 18 лет из‑за голосов, беспричинных психозов и навязчивых мыслей. Там смех или слезы были чреваты капельницами и повышенными дозировками . Привязать [к кровати] могли на сутки или неделю — все зависело от настроения медсестер. Бабушку в деменции привязали к стулу в коридоре, чтобы она всегда была в поле зрения, даже кормили привязанной. Туалетный вопрос решался утками и памперсами. Одна женщина поступила беременной, ее на скорой увезли рожать, а через несколько дней вернули в закрытое отделение. Вынудили отказаться от ребенка. Никто из персонала ее не поддерживал, хотя из‑за самих родов и отказа она очень страдала физически и морально.

Вообще, если больничное лечение подошло — это везение, если нет — вы можете думать, что так и должно быть. Иногда врачи лишь заглушают острые симптомы, не разбираются в корне проблемы и не говорят, как с этим всем дальше жить. Отчасти ситуация такова из‑за сложности психиатрии как науки, отчасти — из‑за моральных устоев в нашей стране.

Близкие приняли диагноз спокойно, хотя одна из родственниц теперь меня боится. Некоторые приятели начали относиться слегка настороженно, обычное проявление эмоций становилось [для них] тревожным звонком: «Тебя не пора вязать?»

Люди думают, что «психи» непременно опасны для общества, что лучше их вообще избегать и не допускать до каких‑либо должностей. На время лечения пришлось брать по учебе академический отпуск, а когда решила вернуться, мне понадобились справки о том, что могу продолжать обучение. В них не было ни слова о том, что я лечилась в психиатрической больнице, — видимо, чтобы это не доставило проблем.

Болезнь точно сильно навредила мне, затормозила прогресс, много раз чуть не убила, навсегда сказалась на образе мышления, усложнила жизнь. С другой стороны, после стольких лет слепой войны я оказалась в лучших условиях и теперь сильнее многих. Шизофрения все еще со мной и всегда будет, иногда она напоминает о себе, но это дает контраст, чтобы ценить жизнь.

«Меня дискриминировали только работники государственной психиатрии»

Андрей, 26 лет

Санкт-Петербург. Учится на ландшафтного архитектора. Фотография сделана у Андрея дома

С детства были истерики и плаксивость, но настоящие проблемы появились в 15–16 лет. Сильные чувства возникали без причины, а картина мира усложнялась — знаки, символы, в центре [которых] был я, борец с космическими силами. Думал, что мне нужно совершить самосожжение, чтобы уподобиться Солнцу. Качество жизни ухудшилось, испортились отношения с матерью, нарастала социофобия.

Однажды мама вызвала психиатра, которая пришла ко мне домой, обсудила проблемы и предложила госпитализацию. Я согласился, но ожидания с реальностью не совпали. Санитары, приехавшие ко мне, грубили, напялили тяжелую смирительную рубашку: «Ты псих, это чтобы ты из окна не выпрыгнул». И увезли прямо из дома.

В больнице имени И.И.Скворцова-Степанова выдали дырявые штаны и рубашку, забрав мою одежду. Было ощущение тюрьмы: запрещено почти все, кроме предметов личной гигиены и книг . Персонал тоже был похож на тюремщиков, называл хроников «мясом». Одна из санитарок взяла под «покровительство» мальчика и ежедневно вкалывала ему внеочередные уколы нейролептика за мелкие нарушения распорядка дня. Когда мальчик пожаловался заведующей, это прекратилось, но санитарку не уволили.

Диагноз мне раскрыли только спустя год после выписки под предлогом: «На многих пациентов оглашение диагноза действует шокирующе, некоторые кончают жизнь самоубийством». Из‑за приема таблеток моя личность сильно изменилась, ощущение потери и травмы остается до сих пор. Потом несколько лет спокойно жил без лекарств, пока не началась депрессия, и тогда я оформился в дневной стационар.

Я стал более осторожен и методичен из‑за понимания разрушительной силы иррациональности. Восприятие других изменилось — научился принимать гораздо большее число людей.

Сперва мама не принимала диагноз и верила, что со мной все нормально. Друзья же нашли в нем объяснение моих особенностей — изредка встречал сочувствие, однажды — романтизацию. Меня дискриминировали только работники государственной психиатрии. Психотерапевты проявляли вопиющий непрофессионализм, один из них заявил: «Гомосексуализм — это болезнь». Только один врач относился хорошо, помог в назначении подходящих лекарств и понимании психического статуса. В целом о комфорте, доверии и субъектном, то есть человеческом отношении в психиатрии говорить не приходится, там [к пациенту] относятся как к вещи. Я всегда ощущал себя в свободном плавании, изредка получая подачки таблетками.

«Если бы шизофрения исчезла, я бы не знала, что делать»

Надежда, 18 лет

Кострома. Учится в медколледже. Фотография сделана в комнате Надежды

Галлюцинации начались в 12 лет, одна из них есть и сейчас: это хор без слов, будто звучание флейты без перебирания нот. Затем появился звук льющейся воды по ночам, голоса и апатия. Родители не поверили, обозвали фантазеркой, употребляющей наркотики.

Обе госпитализации — самое тяжелое время в моей жизни из‑за невозможности убежать от себя. Первая врач обвиняла меня в симуляции симптомов, но лечение назначила. В детском отделении в палатах можно находиться только во время отбоя, обхода или тихого часа, [в остальное время] мы сидели на стульях у поста медсестры. За шум наказывали вязками (привязывали веревками к койке. — Прим. ред.) — они должны длиться не более полутора часов, но детей вязали на день или ночь.

Во взрослом отделении было два врача на 50 человек. У одной женщины от веревок были синяки и боли, но ее долго не отвязывали. Пожилую пациентку медсестра ударила по лицу за то, что та в коридоре звала маму. Самым грустным занятием была трудотерапия — мы вырезали и сшивали полоски ткани, делая ковер, потом его распускали и сшивали снова.

Отец считает диагноз фантазией и сейчас. Говорит, что я сломала себе всю жизнь: устроюсь уборщицей и умру от голода. Мать его поддерживает.

В школе меня травили не только из‑за диагноза, но и из‑за сексуальной ориентации. А когда в 10-й класс пришли новые люди, отношение улучшилось, они читали мой дневник в соцсетях.

Бывшая девушка говорила, что у нее тоже галлюцинации, но потом призналась, что все придумала. Такие попытки подражать оскорбительны. Теперь мы общаемся лишь как знакомые.

Болезнь сделала меня сильной и терпеливой. Если бы шизофрения исчезла, я бы не знала, что делать. Она дает синдром поиска глубинного смысла — то, что дико нравится, но и пугает . Это и знаки, и наплывы мыслей вроде «верит ли Бог в себя».

В нашей психиатрии сильно не хватает людей. Районный врач-психиатр — украшение кабинета. Маме он угрожал, что меня заберут с полицией прямо из школы. Жаловался, что сам больной из‑за паленой водки, но до галлюцинаций еще не допился. В больницах пациентов не информируют о том, что с ними происходит, в закрытых отделениях нет психотерапии. Лично мне больница не помогла, а ограничение свободы и общения только навредило.

«Я принимаю по 11 таблеток в сутки»

Александра, 20 лет

Жуковский. Работает в антикафе, будущий психолог. Фотография сделана во дворе дома Александры

Читайте также:  Немозол лекарство от остриц

Все началось в 15 лет с депрессии. Родители восприняли [ее] негативно, особенно папа со своим «ты все придумала». Вскоре начались голоса, мужские и женские, и галлюцинации в виде шифров, которые я записывала на бумаге. Голоса приказывали мне разносить эти шифры знакомым людям. Из галлюцинаций сейчас остались слои, которые движутся и пересекают все пространство. Раньше из‑за них было страшно выйти из дома: думала, что против меня заговор. Еще я вижу глаз — это некая сущность, которая появляется на разных поверхностях и общается со мной. Обычно все это происходит осенью и зимой, а весной и летом затихает. Когда глаз уходит, мне даже грустно без него, успела полюбить его как друга .

Главврач в ПНД [психоневрологический диспансер] уговаривала родителей отправить меня в больницу насильно — они не согласились, и она стала угрожать, что лишит их родительских прав. Я и сама сейчас негативно отношусь к недобровольной госпитализации.

Я легла в Научный центр психического здоровья на полтора месяца — там хорошие условия и врачи, вот только они все время врали, что у меня депрессия, а выписали с диагнозом «шизофрения». Считаю, что пациент должен знать правду о своем состоянии. Мне повезло, что в больнице не практиковали наказания и давали только современные препараты — схему лечения меняли больше 10 раз, когда возникали побочки. Сейчас я пью три нейролептика, корректор и нормотимик — всего 11 таблеток в сутки . Это гораздо больше, чем обычно назначают при шизофрении, но я чувствую себя хорошо.

Мама относится к диагнозу спокойно, а папа до сих пор недоволен, считает, что он ошибочен и что нейролептики лучше не принимать. Из окружения отвернулась только бывшая лучшая подруга, остальные хорошо общаются, в том числе коллеги на работе и гости нашего кафе, которые тоже в курсе.

Благодаря болезни я стала лучше понимать людей, которые столкнулись с психическими проблемами. Раньше казалось, что со мной этого никогда не произойдет, но когда случилось, поняла, что никто от этой болезни не застрахован».

«Жил на улице полтора месяца как бездомный»

Денис, 40 лет

Зеленоград. Литератор и переводчик, член Союза писателей. Фотография сделана в районе, где находился Денис, когда жил на улице

Первый приступ случился в 23 года. Казалось, что прохожие подают мне знаки, а цвета машин связаны с приказанием, которое «высшее правительство» отдает мне. Позже начались все виды галлюцинаций, которые ощущались как результат внешнего воздействия. Знакомый физик сказал: «Ну, допустим, мозг можно использовать как приемник. Но в нем же нет передатчика!» И тогда я задумался о том, что, возможно, это действительно заболевание, потому что такое явление, как беседа с голосами в голове, ограничивается пределами нервной системы больного. Чисто теоретически даже если бы мозг мог принимать сигналы извне в виде голосов, то он бы не смог с ними общаться. Часто непонимание этого вводит больного в заблуждение, будто бы он с кем‑то общается, хотя это лишь сбой в работе мозга.

Когда жители обратили [на меня] внимание, пришлось покинуть тот район — долго шел пешком и отыскал заброшенную дачу в районе аэропорта [Шереметьево], из которой через три дня забрали с милицией. О приступах и взаимоотношениях с близкими написал повесть «Сады, где текут реки», опубликованную в самиздате «Органон». За все время у меня было восемь госпитализаций. Все принудительные .

Друзья не отвернулись, но некоторые пренебрежительно высказывались — и я с ними расставался. Один друг приехал в гости во время моего приступа. После нашего разговора он сказал жене: «Это не Денис! Денис вообще вышел куда‑то покурить. Это другой человек, которого я не знаю». Вот эта дихотомия — тот или не тот человек — стала определяющим принципом, по которому со мной стали строить отношения друзья.

Инвалидность я оформил, когда меня сократили с работы. Это был сложный шаг, словно поставить на себе крест. Но другого выхода не было, надо на что‑то выживать. Из‑за этого статуса нельзя получить водительские права, при трудоустройстве в бюджетное или государственное учреждение (научно-исследовательский институт, государственная школа и много других учреждений) требуется справка от психиатра. Справка из ПНД и наркодиспансера потребовалась даже при устройстве на работу уборщиком лесопарка в ГБУ «Автомобильные дороги». Когда моя мама продавала квартиру, у нее потребовали справку о том, что она не наблюдается в ПНД, — это подавалось как обязательная процедура, значит, такие сложности могли возникнуть и у меня при решении вопросов с недвижимостью.

Я отношусь к своему заболеванию как к кресту, примириться с ним помогает религия. Люблю цитировать молитву святителя Димитрия Ростовского — ее смысл в том, что человек полностью вручает себя божьей воле, без которой и волос с его головы не упадет. Шизофрения показывает, насколько хрупок человек и его жизнь . Человек [с шизофренией] вынужден принимать лекарства, он более незащищен от «мира, открытого настежь бешенству ветров», чем здоровые люди. Надо спешить делать добрые дела и стоять на страже позитивных ценностей, которые даны нам в жизни. У меня семья, растет дочь, это придает определенный ценностный горизонт моей жизни.

Неврология

Research and Innovation

Даже если среди ваших знакомых нет людей, страдающих шизофренией, скорее всего, вы имеете представление о ее симптомах.

Заболевание может проявляться в виде галлюцинаций, бредовых идей и паранойи, а также трудностей с концентрацией внимания, организацией мыслей и выполнением базовых ежедневных задач.

На протяжении многих лет врачи мало что знали об этой болезни, за исключением симптомов, о которых сообщали сами пациенты. Причины шизофрении и особенности ее воздействия на мозг по большей части оставались загадкой ввиду исключительных трудностей, с которыми ученые сталкивались в попытке понять самый сложный — и наименее доступный — орган в человеческом теле.

Но сегодня благодаря новым технологиям завеса тайны начинает прикрываться.

«Последние несколько лет мы были свидетелями колоссальных успехов в понимании и лечении шизофрении, — говорит врач Хуссейни Манджи (Husseini Manji), врач, глобальный руководитель терапевтической области «Неврология» в компании Janssen. — Эта область медицины переживает интереснейший период».

Возможность создания новых методов лечения людей, страдающих шизофренией, стала одной из причин, которые привлекли доктора Манджи в компанию. Тогда, в 2008 году, он был директором Национального института психического здоровья (National Institute of Mental Health) и руководителем программы по аффективным и тревожным расстройствам (Mood and Anxiety Disorders Program).

«Несколько фармацевтических компаний пытались убедить меня присоединиться к ним, но в Johnson & Johnson на неврологии сосредоточились как раз тогда, когда многие отходили от этой области, — поясняет он. — Наука о психических заболеваниях достигла такой степени зрелости, когда существующие знания можно было преобразовать в передовые методы лечения болезней, подобных шизофрении».

Почти 2,5 миллиона человек, страдающих шизофренией, — один процент взрослого населения США — с нетерпением ждут прогресса в понимании и лечении этой сложной болезни.


Врач Хуссейни Манджи,
руководитель глобальной терапевтической области «Неврология» в компании Janssen

Шизофрения — одно из самых тяжелых психических заболеваний. Обычно она проявляется в позднем подростковом возрасте или после 20 лет. Ее последствия могут быть катастрофическими: люди, страдающие шизофренией, подвергаются повышенному риску стать безработными, лишиться крова и попасть в тюрьму. Около трети больных пытаются совершить самоубийство, и примерно каждому десятому в итоге это удается.

Исследователи знают, что шизофрения — в значительной степени наследственное заболевание, однако о биологических основах болезни им известно меньше. Тем не менее благодаря передовым технологиям визуализации мозга такие ученые, как д-р Манджи, начинают получать более четкое представление об изменениях, происходящих в мозге больного шизофренией. Оказывается, эти изменения происходят еще до проявления клинических симптомов.

Изучение мозга больного шизофренией

За последнее десятилетие было проведено несколько исследований с применением метода мозговой визуализации, позволивших получить доказательства того, что в мозге пациентов с шизофренией присутствуют структурные аномалии. Это дало ученым ключ к разгадке биологических причин заболевания и того, как оно прогрессирует.

В ходе одного 15-летнего исследования, которое отчасти финансировалось компанией Janssen и было описано в «Американском психиатрическом журнале» (American Journal of Psychiatry), удалось установить, что при первом приступе психоза у пациентов оказывалось меньше мозговой ткани, чем у здоровых людей. Несмотря на то что с течением времени потери стабилизировались, длительные рецидивы психоза были связаны с дополнительным уменьшением объемов.

«Из более ранних посмертных исследований мозга больных шизофренией мы знали, что у них меньше синапсов и нейронных ответвлений, которые позволяют нейронам взаимодействовать, — объясняет врач Скотт У. Вудс (Scott W. Woods), профессор психиатрии и директор Научно-исследовательской клиники продромального периода психоза PRIME при Йельском университете. — Мы считаем, что это объясняет уменьшение объема мозговой ткани, которое видно на снимках».

В юности все переживают нормальную потерю определенного количества серого вещества, которое содержит нейроны и их короткие отростки, однако эксперты полагают, что у людей с высоким риском развития шизофрении этот процесс может протекать слишком быстро или активно, вызывая психоз.

Результаты визуализирующих исследований указывают на нехватку серого и белого вещества в мозге людей, страдающих шизофренией. В юности все переживают нормальную потерю определенного количества серого вещества, которое содержит нейроны и их короткие отростки, однако эксперты полагают, что у людей с высоким риском развития шизофрении этот процесс может протекать слишком быстро или активно, вызывая психоз.

Аномальное развитие белого вещества, которое содержит длинные, покрытые миелином нервные волокна, соединяющие четыре доли мозга, также может стать переломным моментом для некоторых людей, предрасположенных к этому заболеванию. Авторы исследования, опубликованного в журнале «Клиническая нейровизуализация» (NeuroImage: Clinical), предполагают, что это может быть связано с когнитивными симптомами у больных шизофренией, включая нарушения познавательных процессов и функций памяти, апатию и низкую мотивацию.

Читайте также:  Эмоционально волевое расстройство личности

Что приводит к этим потерям, до сих пор неизвестно, однако, согласно распространенной теории, прогрессированию многих заболеваний способствует воспаление. Два года назад британские исследователи обнаружили повышенную активность иммунных клеток в мозге больных шизофренией и людей, входящих в группу риска. Неясно, что именно может служить стимулом для возникновения воспалительного процесса, но в ходе предшествовавших исследований удалось установить связь между инфекциями в раннем возрасте и случаями шизофрении.

«Воспаление — один из механизмов, приводящих к уничтожению синапсов и нейронных ответвлений в головном мозге, поэтому сильное воспаление могло бы объяснить потерю», — указывает доктор Вудс.

Передовые методы защиты мозга

Получая информацию об этих аномалиях мозга, ученые из компании Janssen понимают, насколько важно лечить людей на самой ранней стадии шизофрении и выявлять новые пути минимизации ущерба, наносимого множественными рецидивами.

Одно из важных направлений исследований в компании Janssen заключается в поиске способов повысить приверженность лечению. С этой проблемой сталкивается любой врач, который лечит хронические заболевания, но особые сложности возникают при работе с пациентами, страдающими шизофренией. Лишь около половины пациентов принимают лекарства по назначению. Несоблюдение режима запускает цикл рецидива и возвращения симптомов, который сложно прервать, — и ослабляет реакцию на лечение.

«К сожалению, природа шизофрении ограничивает понимание этой болезни пациентами, — рассказывает д-р Манджи. — Во многих случаях, почувствовав себя немного лучше, они прекращают принимать лекарства. При этом, в отличие, например, от пациентов с диабетом, которые ощущают последствия пропуска дозы инсулина всего через несколько часов, больные шизофренией, прекратившие прием антипсихотических препаратов, могут в течение нескольких недель не наблюдать симптомов рецидива».

Ученые Janssen предприняли попытку помочь в устранении этого тяжелого цикла рецидива путем разработки инъекционных антипсихотических препаратов длительного действия, которые вводятся пациентам реже, чем другие лекарства.

Чтобы обеспечить дополнительную защиту пациентов от разрушительного воздействия многочисленных рецидивов, специалисты Janssen исследуют пути выявления больных с высоким риском рецидива, используя данные, собранные с помощью смартфонов, медицинских трекеров и датчиков на теле.

Инъекционные препараты длительного действия вводятся медиками, поэтому, если пациент пропускает дозу, лечащий врач узнает об этом и может принять меры.

Чтобы обеспечить дополнительную защиту пациентов от разрушительного воздействия многочисленных рецидивов, специалисты Janssen исследуют пути выявления больных с высоким риском рецидива, используя данные, собранные с помощью смартфонов, медицинских трекеров и датчиков на теле.

«Мы хотим знать, можно ли путем отслеживания таких факторов, как сон, уровень активности, взаимодействие с другими людьми и прочие биомаркеры, заблаговременно предоставлять врачам информацию о приближающемся рецидиве, — объясняет д-р Манджи. — Это дало бы им возможность выявлять пациентов, состояние которых ухудшается, и выходить с ними на связь, вместо того чтобы ждать, когда они сами придут на прием в назначенное время».

Помимо прочего, включение медицинских технологий в план лечения пациента помогло бы врачам получать более объективные данные о том, как на самом деле чувствует себя человек. Практика показывает, что, когда пациентов спрашивают об их самочувствии в течение нескольких недель, они помнят лишь последние день-два. Располагая более долгосрочными, измеримыми данными, врачи могли бы не только составлять сравнительно четкое представление о том, как чувствует себя пациент, но и более конструктивно вести прием.

«Если пациенты стабильны и вам не нужно тратить столько времени просто на устранение психотических симптомов, вы можете сосредоточиться на поиске конструктивных способов помочь им вернуться к нормальной жизни», — говорит д-р Манджи.

Не просто устранение симптомов, а комплексное лечение

Чтобы по-настоящему улучшить жизнь людей с шизофренией, ученые не только разрабатывают новые лекарства, но и продвигают принципы интегративной помощи. По словам д-ра Манджи, работа в Johnson & Johnson привлекла его потому, что компания разделяет его убеждение: стремясь обеспечить оптимальный результат для пациентов с шизофренией, медицина должна выходить за рамки лечения таблетками.

«Мы хотим донести до людей, что в перспективе лучший способ лечения шизофрении заключается в применении более целостной, интегрированной модели ухода, — объясняет он. — Психическое заболевание оказывает большое влияние на каждый аспект жизни человека: его физическое здоровье, поведение и отношения. Пациентам требуется несколько видов коррекции, а не только медикаментозная».

Одно из направлений исследований Janssen заключается в изучении жизненно важной роли опекунов и тех проблем, с которыми они сталкиваются при лечении и обслуживании людей с шизофренией. В настоящее время ведется набор пациентов для участия в годичном клиническом испытании под названием «Семейное вмешательство в недавно начавшееся лечение шизофрении» (Family Intervention in Recent Onset Schizophrenia Treatment — FIRST). Ученые планируют оценить общее воздействие, которое лица, осуществляющие уход, могут оказывать на пациентов, участвуя в программе психологического образования и профессиональной подготовки опекунов. Возможно, подобные программы помогут сократить число неудачных исходов лечения, таких как госпитализация в психиатрическую больницу и самоубийство или его попытка.

Искреннее стремление компании улучшить жизнь пациентов находит отражение и в ее проектах, реализуемых совместно с научными учреждениями, правительством и представителями биотехнологической отрасли. «Эта болезнь настолько сложна, что для достижения прогресса в исследованиях нам необходимо объединиться», — уверен д-р Манджи.

В 2015 году специалисты Janssen Research & Development запустили проект «Открытые междисциплинарные исследования шизофрении» (Open Translational Science in Schizophrenia — OPTICS), форум для совместного анализа данных клинических испытаний Janssen и общедоступной информации о шизофрении, предоставленной национальными институтами здравоохранения.

Кроме того, компания выступает в роли отраслевого партнера в недавно созданном консорциуме, возглавляемом Школой медицины Университета Джонса Хопкинса и Институтом биологических исследований Солка. Консорциум стремится повысить качество технологии индуцированной плюрипотентной стволовой клетки — инструмента, который позволяет ученым собирать клетки кожи у пациентов с психическими расстройствами и преобразовывать их в нейроны. Создавая нейронную модель шизофрении с применением клеток пациента, ученые надеются получить качественно новое представление об основных механизмах заболевания для разработки более целенаправленных методов лечения.

Д-р Манджи считает, что такие инновационные проекты приведут к появлению не только новых методов лечения шизофрении, но и подходов, позволяющих добиться отсрочки и, возможно, даже предотвратить болезнь.

«Теперь мы знаем, что шизофрения, как и многие другие заболевания, не поражает людей в одночасье, — объясняет он. — Она назревает до того, как у человека разовьется полномасштабный психоз, и чем раньше начнется лечение, тем лучше будет долгосрочный прогноз.

Если мы научимся выявлять людей с высоким риском развития шизофрении и узнаем, что происходит с ними на самых ранних стадиях, то в перспективе сможем изменить всю траекторию болезни».

Весь контент iLive проверяется медицинскими экспертами, чтобы обеспечить максимально возможную точность и соответствие фактам.

У нас есть строгие правила по выбору источников информации и мы ссылаемся только на авторитетные сайты, академические исследовательские институты и, по возможности, доказанные медицинские исследования. Обратите внимание, что цифры в скобках ([1], [2] и т. д.) являются интерактивными ссылками на такие исследования.

Если вы считаете, что какой-либо из наших материалов является неточным, устаревшим или иным образом сомнительным, выберите его и нажмите Ctrl + Enter.

Первые внешние признаки, необычное поведение замечается близким окружением и может подсказать, что женщине нужно обратить внимание на свой психический статус, сходить на консультацию к психотерапевту или психологу, но не в коем случае не являются поводом для домашнего диагностирования психического заболевания. Тем более, что так, как начинается шизофрения у женщин, манифестируют и другие, более безобидные расстройства, спровоцированные острым или хроническим стрессом.

Предвестники шизофрении у женщин неспецифичны, однако, появление перечисленных ниже симптомов не должны игнорироваться.

Одним из самых ранних проявлений шизофрении, а также – депрессивных состояний, является постепенное отсутствие интереса к своему внешнему виду. Женщины, в основном, придают данному фактору большое значение. И если ранее аккуратная, ухоженная дама неделями ходит в одном и том же платье, с облезлым лаком, неприбранными волосами, перестает делать привычный макияж, то это уже тревожные звоночки. Иногда женщина начинает одеваться очень причудливо и совершенно не соответственно случаю. Домашние могут заметить, что их дочь или мать перестала регулярно чистить зубы, гораздо реже принимает душ, меняет одежду, и промежутки между этими действиями удлиняются. По меньшей мере, такие симптомы говорят об эмоциональном выгорании, когда привычные и доведенные до автоматизма действия становятся просто невыполнимыми.

Параллельно можно заметить, что общительная и часто висящая на телефоне девушка стала больше сидеть дома, меньше общаться с подружками и друзьями, даже с членами семьи. При этом, можно заметить, что это не вызвано каким-то новым увлечением или работой. Она просто сидит или лежит, явно ничем не занимаясь, предпочитая всему одиночество, перестает смотреть любимые фильмы, читать любимые книги, заниматься тем, что увлекало ее раньше. Ее не привлекает новая одежда, любимая ранее еда. Позже могут начаться пропуски занятий, если девушка учится, прогулы на работе, потеря интереса к прогулкам, посещениям театров, кино, выставок – всего того, что раньше увлекало ее. Промежутки изоляции увеличиваются, она явно предпочитает свое собственное общество.

Безусловно, есть более замкнутые и более общительные женщины, однако, все они способны к одновременному решению нескольких задач, делятся своими переживаниями с подругами, неравнодушны к внешнему виду. Им свойственно все улучшать и украшать. Поэтому описанные выше изменения в поведении становятся заметными достаточно быстро.

Поведение при шизофрении у женщин меняется, поскольку меняется их мироощущение. Кроме ухода в себя и пренебрежительного отношения к внешнему виду обращает на себя внимание заметная подозрительность, недоброжелательное отношение к окружающим, иногда откровенная беспричинная враждебность. Взгляд больных становится невыразительным, обращенным внутрь себя. Эмоциональная составляющая теряется, однако, больные могут выражать эмоции, смеяться и плакать, совершенно неуместно, в несоответствии с ситуацией, каким-то своим мыслям и переживаниям.

Читайте также:  Диета долиной на 14 дней меню

У них может наблюдаться повышенная сонливость либо бессонница, заметны проблемы с концентрацией внимания, что негативно сказывается на учебе или профессиональной деятельности. Хотя приобретенные до манифестации заболевания знания и навыки сохраняются.

Характерны неадекватные реакции, странные утверждения, полнейшая непереносимость критики в свой адрес, шизофреника невозможно переубедить никакими разумными доводами и логическими умозаключениями.

Еще один возможный признак шизофрении – внезапное сильное увлечение религией, оккультизмом, эзотерикой, суевериями. Этому способствует все больший отрыв от реальности. Женщины-шизофренички более подвержены сверхъестественным верованиям и со временем могут полностью погрузиться в мистический нереальный мир.

Следует обратить внимание на появление необычной двигательной активности – более интенсивную мимику, суетливые движения, подергивание рук и ног. В то же время внезапно появившаяся медлительность, снижение двигательных функций, тремор от напряжения также может появиться в продроме шизофрении. Должна обратить на себя внимание странная вычурная речь, часто изобилующая неологизмами, повторениями, непоследовательностью.

Появление слуховых галлюцинаций регистрируется у большинства больных шизофренией. Они слышат голоса, обсуждающие их в третьем лице, отдающие команды, бранящие или издевающиеся. Не исключены и другие типы галлюцинаций – тактильные, звуковые, однако, они бывают гораздо реже. Со стороны наличие галлюцинаций проявляется в разговорах с самим собой, причем заметно, что женщина явно с кем-то беседует либо отвечает на вопросы, вид у нее обычно обеспокоенный или раздраженный, может начать плакать либо смеяться, умолкнуть и прислушиваться, присматриваться. Создается впечатление диалога с невидимым собеседником.

Часть мыслей воспринимается больной как чужие, вложенные ей в голову извне. Иногда она рассказывает, что ее мысли открыты всем, любой может их прочитать или украсть. Этот феномен называется эхо мыслей.

Кроме него и галлюцинаций к продуктивной симптоматике шизофрении относится бред воздействия, приказывающий выполнить определенные действия, думать определенным образом, что-либо ощущать. Может возникнуть появление других бредовых идей, очень устойчивых, абсолютно несовместимых с культурными традициями общества, фантастических.

Признаками появления бреда являются: безосновательная враждебность либо подозрительность по отношению к близким либо совсем посторонним людям, боязнь за жизнь свою либо близких людей, видимые симптомы страха – разнообразные защитные действия (запирание окон и дверей, дополнительные замки, затемнение окон, проверка еды на предмет отравления), утверждение об угрозах, преследовании либо собственной великой миссии, постоянные жалобы на соседей, сотрудников, их детей, которые мешают, вредят, портят имущество и пр.

Достаточно одного из этих симптомов (больших), четко выраженного и не проходящего больше месяца, чтобы встал вопрос о диагностике шизофрении.

К малым симптомам той же продолжительности относят:

  • постоянные галлюцинации любого вида в сочетании с периодическим появлением бредовых идей, иногда не до конца сформированных, без выраженного аффективного компонента или наличие постоянной сверхценной идеи;
  • кататонический синдром – ступор, возбуждение, каталепсия, негативизм и прочие двигательные нарушения;
  • апато-абулический синдром, практическое отсутствие эмоций, их неадекватность, обеднение речи, неологизмы;
  • дезорганизация мыслительного процесса, выражающаяся в разорванной, непоследовательной, постоянно переключающейся речи, отсутствии логики и переключении внимания с одной мысли на другую, совершенно с ней не связанную, резонерстве;
  • постепенное заметное изменение качественных характеристик поведения в сторону пассивности, десоциализации и изоляции.

Последние группы симптомов относятся к когнитивным нарушениям, свидетельствуют о начинающемся личностном распаде и выпадении целых пластов психики. Такие симптомы называются негативными.

Малых признаков у больной должно быть, как минимум, два. У шизофреников могут быть и другие симптомы – выраженный синдром деперсонализации/дереализации, дисморфофобия, ипохондрия, сенестопатии, сексуальные перверсии.

Течение шизофрении у женщин сопровождается, как правило, аффективными расстройствами (нарушениями настроения) в виде депрессий (подавленного настроение, для которого характерны пессимизм, заторможенность, тоска, чувство неполноценности, вины, попытки самоубийства) либо маний (гиперактивность, возбуждение, безосновательно приподнятое настроение). Наиболее легкое маниакальное состояние называют гипоманией. Ее часто принимают за природную веселость, некоторую экзальтированность, оптимизм, развязность. Болезненность таких проявлений становится очевидной, когда гипомания сменяется депрессией без всяких на то причин, или маниакальные симптомы обостряются и выходят за пределы нормы – очевидная переоценка собственных сил, фантастические прожекты, постоянная ажитация, нелепые поступки в связи с реализацией нереальных планов. У шизофреников обычно бывают сложные симптомокомплексы, когда депрессии и мании сопровождаются галлюцинациями и бредом, когнитивными и двигательными расстройствами, соматическими симптомами – гипергидрозом, нарушениями сна, сердечной деятельности, эндокринными расстройствами – анорексией, булимией, расстройствами менструального цикла.

Признаки шизофрении у женщин молодого возраста после 20 лет, а также – у более взрослых (после 30, 40 лет), в принципе, ничем не отличаются. Может отличаться тематика бреда: у кого-то – мания величия, у другой – мания преследования или патологическая ревность, какие-то симптомы из вышеперечисленных могут быть выражены сильнее, а других – вовсе не быть.

Ставить диагноз шизофрении должен только опытный врач-психиатр на основании всестороннего обследования. У взрослых должен быть выявлен определенный симптомокомплекс, исключены другие заболевания, опухоли и травмы.

Очень сильно отличаются первые признаки шизофрении у детей – они стерты, в разных возрастных группах проявляются по-разному. До двух лет – это иррациональные страхи, например, боязнь какого-либо цвета; у более старших детей парадоксальное развитие – по одним показателям ребенок опережает норму, по другим – сильно отстает; когда у ребенка активизируется социальная жизнь – начинает проявляться навязчивость, агрессивность, безразличие, причем эти признаки бросаются в глаза всем. Позже дети с шизофренией становятся трудно управляемыми, проявляют склонность к побегам из дома, употреблению психоактивных веществ, замыкаются или, наоборот, склонны к недетскому мудрствованию, философствованию. В детском возрасте, тем более у девочек, шизофрения проявляется крайне редко.

Шизофрения после родов у женщин развивается при наличии генетической предрасположенности. Беременность и роды являются серьезной нагрузкой для организма и могут стать фактором, провоцирующим дебют заболевания. Психологические и социальные факторы – отсутствие поддержки в лице мужа и родителей, нестабильное материальное положение и прочие являются дополнительными стрессорами. Роды также могут спровоцировать обострение шизофрении, если женщина болела ею раньше. Послеродовые психозы случаются у одной-двух рожениц из тысячи, и далеко не все они являются проявлениями шизофрении. Как правило – это кратковременные расстройства.

Переживания молодой матери обычно концентрируются вокруг недавнего события и связаны с ребенком – она может беспокоится, что пропало молоко и ребенок голоден, что он болен, что его заберут или подменили на чужого, иногда бывает отвержение ребенка – мать не хочет его видеть, брать на руки, кормить. Психозы сопровождаются ажитацией или апатией, упадком сил, бессонницей, резкой сменой настроения. У шизофреничек могут проявиться все симптомы заболевания – галлюцинации, бред, кататония, деперсонализация и пр. Лекарственное лечение обычно быстро купирует психоз, и молодая мать приходит в норму. Игнорирование аномального поведения может привести к негативным последствиям.

Шизофрения у пожилых женщин развивается редко, иногда заболевание манифестирует в молодом возрасте и после своевременного успешного лечения долгие годы не дает о себе знать, а в старческом возрасте болезнь опять прогрессирует. Симптоматика шизофрении у взрослых не зависит от возраста, ее проявления одинаковы: продуктивная симптоматика и последующее развитие негативных симптомов. Шизофрения с поздним (после 40 лет) и очень поздним началом (после 50, 60 лет) обычно характеризуется отсутствием или слабовыраженными негативными симптомами и хорошим ответом на антипсихотическую терапию. В позднем возрасте чаще заболевают женщины, и эти случаи, как правило, не связаны с семейным анамнезом. Они чаще бывают связаны с букетами соматических заболеваний, приобретенных с возрастом, спровоцированы приемом большого количества лекарственных препаратов, одиночеством, возрастными изменениями органов чувств и головного мозга. Старческая шизофрения проявляется возникновением навязчивых мыслей, действий и страхов. Социальная изоляция чаще добровольная, практически всегда есть галлюцинации, в большинстве случаев развивается поздняя дискинезия.

Шизофрения у женщин и проблемы в семье

Ячейке общества, в составе которой есть больной шизофренией любого пола и возраста, не позавидуешь. Особенно печально все обстоит, если болеет мать семейства. У шизофреников серьезные изменения происходят в чувственно-эмоциональной сфере, причем сначала деформируется высшие чувства и эмоции, связанные с состраданием, альтруизмом, любовью, требующими интенсивной эмоциональной отдачи. Следовательно, в первую очередь, больную напрягают отношения с близкими людьми. Упадок психической активности приводит к тому, что больше всего утомляет не формальная коммуникация, а общение с духовно близкими, любящими и любимыми людьми, поддержка и любовь которых больной еще нужна, но на ответные чувства уже не хватает сил. Поэтому на бессознательном уровне больные достаточно агрессивно отвергают наиболее энергетически затратные для них отношения с близкими людьми. Вместе с тем они ощущают потребность в участии, поддержке и очень чувствительны к равнодушию к себе.

Прогрессирующее заболевание приводит к тому, что женщина все больше отдаляется от своих близких, ее ничто не волнует, кроме каких-то личных надуманных идей. Уход в себя, постоянный упадок сил, невозможность ухаживать за собой и членами семьи часто трактуется как лень и нерадивость. Подозрительность больной, порождающая необоснованную ревность, возникновение бредовых идей, каких-то своих, несуразных, непонятных окружающим интересов, занятий, провоцирует частые скандалы и приводит к тому, что семья часто распадается, когда еще никто не осознает, что именно болезнь является причиной неадекватности матери.

Безусловно, больше всего в такой ситуации страдают дети. Они полностью зависят от взрослых и никак не могут повлиять на ситуацию. Хорошо, если отец или бабушки-дедушки, любящие и адекватные, вовремя заметят неладное и обратятся за медицинской помощью.

В утешение хочется сказать, что у женщин, в целом, шизофрения протекает в более мягкой форме, чем у мужчин и практически не приводит к грубым разрушениям личности.

[1], [2], [3], [4], [5], [6]

Ссылка на основную публикацию
Шейный миозит лечение в домашних условиях
Шейный миозит симптомы. Лечение шейного миозита. Шейный миозит лечение в домашних условиях. Массаж при миозите. Чтобы записаться на приём к...
Шанс беременности во время овуляции
Кто-то годами мечтает забеременеть, а кто-то каждый месяц переживает, что это случайно, но уже произошло. Для того чтобы разобраться в...
Шансы забеременеть при поликистозе яичников
Получив диагноз поликистоз яичников, я не обратила на него особого внимания, пока не стала планировать беременность. И только тогда узнала,...
Шелушатся крылья носа что делать
24 0 74768 Девочки!прошу помощи и совета! у меня шелушатся крылья носа!раньше как-то на это не обращала внимания, а потом...
Adblock detector